Антон ЧЕХОВ. САЛОНУЛ № 6

Антон ЧЕХОВ. САЛОНУЛ № 6

I

Ын куртя спиталулуй се афлэ ун мик павилион ынконжурат де о ынтрягэ пэдуре де урзичь, лободэ ши кынепэ сэлбэтэчитэ. Е ку акоперишул руӂинит, кошул пе жумэтате дэрымат, скэриле придворулуй путреде ши нэпэдите де ярбэ, яр тенкуяла кэзутэ апроапе тоатэ. Аре фацада ындрептатэ кэтре спитал, спателе катэ спре шес, де каре о деспарте ун гард ченушиу, плин де куе. Куеле сынт потривите ку аскуцишул ын сус, яр гардул ши клэдиря ау ынфэцишаря чея деосебит де тристэ ши сумбрэ, проприе ла ной доар клэдирилор де спитале ши ынкисорь.

Дакэ ну вэ темець сэ вэ пиште урзичиле, сэ не ындрептэм пе стрымта кэрэрушэ, че дуче спре павилион, ши сэ ведем че се петрече ынэунтру. Дескидем прима ушэ ши нимерим ын тиндэ. Де-а лунгул перецилор ши лынгэ собэ стау мунць ынтреӂь де боарфе. Салтеле, ха­лате векь ши ферфеницате, измене, кэмэшь ку дунӂь албэстрий, ынкэлцэминте скылчиятэ — тоате булендреле ачестя арункате клае песте грэмадэ путрезеск ши еманэ ун мирос пестиленциал.

Мереу ку пипа ын гурэ стэ толэнит пе катрафуселе ачестя пазникул Никита, ун бэтрын резервист, ку галоанеле арсе де време. Аре о фацэ северэ ши бэутэ, ниште спрынчене плеоштите, че-й дау аспектул унуй кыне чобэнеск, ши ун нас рошу; е жос де стат, ускэцив ши вы­нос, дар бине легат ши ку ниште пумнь кыт тоате зилеле. Фаче парте дин тагма ачея де оамень простовань, аскултэторь ши ашезаць, каре цин ла дисчиплинэ май мулт декыт ла орьче пе луме; дин кауза ачаста е ши конвинс кэ ей требуеск бэтуць. Ый ловеште песте фацэ, ын пепт, пе спинаре, унде нимереште ши е конвинс кэ фэрэ асеменя мэсурь аич н’ар фи пик де ордине.

Май департе ынтрэм ынтр’о камерэ спациоасэ, че окупэ ынтрегул павилион, ын афарэ де тиндэ. Переций одэий сынт мызгэлиць ынтр’о кулоаре албэстрие-мурдарэ ши плафонул афумат ка ынтр’о лозницэ; е де ла си­не ынцелес кэ ярна собеле траг рэу ши бате кахла. Пе динэунтру ферестреле сынт скилодите де ниште гратий де фер. Подяуа е сурэ ши нестружитэ. Ын камера мироасе а варзэ муратэ, а мук де лампэ, а плошнице ши амониак, ши тоатэ путоаря аста вэ ласэ дин прима кли­па импресия кэ аць ынтрат ынтр’о менажерие.

Патуриле дин одае сынт фиксате де поделе ку шурубурь. Пе марӂиня патурилор сау толэниць ын аштернут стау оамень ын халате албастре ши, дупэ ун векь обичей, ку тикий пе кап. Ачештя-с алиенаций.

Сынт чинч. Унул сингур е дин боериме, чейлалць — орэшень де рынд. Примул де лынгэ ушэ, ун лунган слэбэног, ку мустэць рошковане ши лучитоаре ши ку окий плынгэрець, стэ пе пат ку капул ын мынь ши катэ ундева ынтр’ун пункт. Стэ аша зи ши ноапте, клэтинынд трист дин кап ши зымбинд амар; партичипэ фоарте рар ла дискуций ши де обичей ну рэспунде ла ынтребэрь. Бя ши мэнынкэ машинал, фиреште, атунч кынд и се дэ. Дупэ туса ускатэ ши конвулсивэ, дупэ слэбичуня ши рошаца дин ображь се поате конкиде кэ аре ун ынчепут де туберкулозэ.

Урмязэ апой ун бэтрынел впой, скунд ши фоарте мо­бил, ку о бэрбуцэ аскуцитэ ши ку пэрул негру ши кырлионцат ка де африкан. Зиуа се плимбэ прин салон де ла о ферястрэ ла алта сау шеде турчеште ын аштернут ши флуерэ фэрэ ынчетаре, ка ун скатиу. Унеорь кынтэ ын сурдинэ ши рыде. Веселия ачаста копилэряскэ ши виоичуня ну-л пэрэсеск нич ноаптя, кынд се трезеште спечиал ка сэ се роаӂе домнулуй, адикэ сэ се батэ ку пумний ын пепт ши сэ скочораскэ ку дежетеле пе ла ушэ. Е овреюл Мойсейка, цикнитул, че шь-а ешит дин минць аку вре-о доуэзечь де ань, кынд й-а арс шепкэрия.

Динтре тоць пенснонарий салонулуй № 6 нумай луй и се пермите сэ ясэ ын курте, ба кяр ши пе страдэ. Се букурэ де привилеӂиул ачеста демулт, пробабил, ка векь болнав ши ка ун алиенат куминте ши непримеждиос, ун мэскэрич пе каре с’а обишнуит лумя сэ-л вадэ пе стрэзиле орашулуй, ынконжурат де копий ши кынь. Ынтр’ун халат митител, ку о тикие карагиоасэ пе кап ши’н пантофь, унеорь дескулц ши фэрэ измене, хойнэреште пе стрэзь, опринду-се пе ла портице ши дугене, ка сэ чершаскэ о копейкэ. Ынтр’ун лок и се дэ о канэ де квас, ынтр’алтул о букатэ де пыне, ын ал трейля о копей­кэ, аша кэ се ынтоарче май ынтотдяуна сэтул ши богат. Тот кыштигул трече ын мыниле луй Никита спре проприе фолосинцэ. Солдатул фаче ачест лукру ынтр’ун мод гросолан, ку рэутате, ынторкынд пе дос бузунареле ши апелынд ла мэртурия челуй де сус, кэ н’о сэ май ласе нич одатэ жиданул пе страдэ ши кэ дезординя е центру дынсул чел май рэу лукру де пе пэмынт.

Луй Мойсейка ый плаче сэ фие сервиабил. Дэ апэ товарэшилор, ый ынвелеште кынд ачештя дорм ши фэгэдуеште фиекэруя сэ-й адукэ де пе страдэ о копейкэ ши сэ-й коасе о шапкэ ноуэ; ел ыл хрэнеште ку лингура пе вечинул дин стынга, паралитикул. Фаче лукруриле ачестя ну дин компэтимире сау дин алте консидеренте де ордин уман, чи имитынду-л ши невоит супунынду-се вечинулуй дин дряпта, Громов.

Иван Дмитрич Громов, ун бэрбат де трейзечь ши трей де ань, нобил, фост портэрел де жудекэторие ши секретар губерниал, суферэ де мания персекуцпей. Стэ де обичей гемуит ковриг ын аштернут сау се плимбэ динтр’ун колц ын алтул, ка пентру сиестэ, ши фоарте рар се ынтымплэ сэ шадэ пе марӂиня патулуй. Е мереу иритат, тулбурат ши ынкордат де чецоаса аштептаре а чева недефинит. Е де ажунс ун кыт де мик фошнет ын тиндэ сау ун стригэт ын курте, ка ел сэ ридиче капул ши сэ-шь ынкордезе аузул: ну дупэ ел вин оаре? Ну ел е чел кэутат? Ши пе фаца луй се поате чити ын асеменя клипе експресия челей май учигэтоаре тулбурэрь ши чел май адынк дезгуст.

Ымь плаче фаца луй латэ, ку помеций проеминенць, мереу палидэ ши неферичитэ, че рефлектэ, асемень уней оглинзь, ун суфлет кинуит де луптэ ши ынделунгатэ спаймэ. Гримаселе луй сынт чудате ши дурероасе, дар трэсэтуриле фине, лэсате пе фаца са де-о суферинцэ синчерэ ши адынкэ, респирэ де интелиӂенцэ ши ноблеце, яр ын окь стрэлуче о кэлдурэ сэнэтоасэ. Ымь плаче ши ел, политикос, сервиабил ши необишнуит де атент фацэ де тоць, ын афарэ де пазникул Никита. Кынд чинева скапэ вре-ун настуре сау лингурэ, ел сэре имедиат дин аштернут ши ле ридикэ. Ынтотдяуна кынд се трезеште,урязэ товарэшилор бунэ диминяца; ынаинте де кулкаре ле дореште ноапте бунэ.

Ын афара стэрий де вешникэ ынкордаре ши а деселор гримасе, алиенаря луй се май манифестэ ши ын урмэтоареле. Унеорь, одатэ ку кэдеря нопций, се ынфэшоарэ стрынс ын халат ши, тремурынд дин тот трупул, клэнцэнинд дин динць, ынчепе сэ ымбле репеде ын лунгул одэий орь принтре патурь. Е купринс паркэ де ун лутерник акчес де фригурь. Дупэ фелул ын каре се опреште бруск ши катэ ла товарэшь, се веде кэ вря сэ ле спунэ чева фоарте импортант, дар, ажунгынд пробабил ла конклузия кэ ну ва фи аскултат сау ынцелес, скутурэ нерэбдэтор дин кап ши ышь континуэ мерсул. Курынд ынсэ доринца де а ворби бируе тоате ындоелиле ши ел, дынду-шь фрыу либер, ынчепе сэ кувынтезе апринс ши пэтимаш. Ворба ый е дезордонатэ ши ынфригуратэ ка ун делир, репезитэ ши унеорь неынцелясэ, ын скимб се поате гичи атыт ын кувинте, кыт ши ын интонаций че­ва песте мэсурэ де нобил. Кынд ворбеште, рекуношть ын ел ши омул ши дементул. Е греу сэ редай пе хыртие кувинтеле луй де алиенат. Ворбеште ши деспре жосничия уманэ, ши деспре бруталитатя че здробеште адевэрул, ши деспре минуната вяцэ, че ва вени ку тимпул пе пэмынт, ши деспре гратииле дин ферестре, че-н аминтеск ку фиекаре клипэ де тымпения ши крузимя брутелор. Е ка ун потпуриу неаранжат ши дисонант, дин кынтече че н’ау фост кынтате ынкэ.

II

Вре-о дойспрезече-чинчспрезече ань ын урмэ, пе стра­да принчипалэ а орашулуй локуя ынтр’о касэ проприе функционарул Громов, ун ом ашезат ши ынстэрит. Авя дой фий: Сергей.ши Иван. Студент ын анул патру абя, Сергей с’а ымболнэвит де туберкулозэ галопантэ ши а рэпосат, яр моартя аста а ынсемнат паркэ ынчепутул унуй ынтрег шир де ненорочирь че-ау тэбэрыт де одатэ пе капул фамилией Громов. Ла о сэптэмынэ дупэ фунералииле луй Сергей бэтрынул татэ а фост предат жудекэций центру фалс ын акте ши делапидэрь, ши курынд а мурит де тифос ын лазаретул ынкисорий. Каса, кыт ши тоатэ аверя мобилэ ау фост скоасе ла мезат, яр Иван Дми­трич ку мама ау рэмас фэрэ нич ун фел де мижлоаче де екзистенцэ.

Ынаинте време, кынд май трэя тэта, Иван Дмитрич локуя ла Петербург, унде студия ла университате, примя шайзечь-шаптезечь де рубле пе лунэ ши хабар де грижэ н’авя; акум ынсэ с’а вэзут невоит сэ-шь скимбе бруск фелул де вяцэ. Де диминяцэ пынэ’н ноапте дэдя меди­таций центру кытева копейчь, копия скрисорь ши флэмынзя тотуш, ынтрукыт кыштигул и-л тримитя майкэ-си центру вяца де тоате зилеле. Н’а путут резиста Иван Дмитрич ачестор ынчеркэрь; а декэзут спиритуаличеште, а ынчепут сэ слэбяскэ вэзынд ку окий ши, пэрэсинд университатя, с’а ынторс акасэ. Ын орэшелул натал а кэпэтат прин протекцие ун пост де институтор ла ӂимназиул жудецан, дар ну с’а путут ынцележе ку товарэший, н’а кыштигат симпатия елевилор ши ын курынд а абандонат постул. Й-а мурит мама. Вре-о жумэтате де ан а рэмас фэрэ окупаций, хрэнинду-се нумай ку пыне ши апэ, апой с’а ангажат ка портэрел ла жудекэторие. А окупат постул ачеста пынэ кынд а фост елиберат пе мотиве де боалэ.

Ну фэчя импресия унуй ом сэнэтос нич кяр ын аний студенцией. Ера ынтотдяуна палид, слаб, предиспус ла рэчалэ, мынка пуцин, дормя греу. Ун пахар де вин ыл амеця ши ел кэдя ын истерие. Симця мереу невоя де а фи ын мижлокул оаменилор, дар даторитэ карактерулуй сэу ирасчибил ши суспичиос ну ынтрециня ку нимень релаций интиме, ши нич приетень н’авя. Ворбя ку диспрец деспре орэшень, зикынд кэ брутала лор игноранцэ ши сомнороаса вяцэ де анимале не каре о дук и се пар ынгрозитоаре ши респингэтоаре. Авя ун глас де тенор, вор­бя ынтотдяуна таре ши апринс, револтынду-се ши ынфиерынд, сау ку ентузиазм ши патимэ, дар тотдяуна ку синчеритате. Орькаре ар фи фост обьектул дискуцией — ел ле адучя пе тоате ла ачслаш нумитор: кэ ын ораш е пликтикос ши греу сэ трэешть, кэ сочиетатя н’аре нич ун фел де интересе ыналте, кэ дуче о вяцэ штярсэ ши фэрэ нич ун сенс, пе каре шь-о вариязэ дин кынд ын кынд ку криме, дезмэц ши фэцэрничие; кэ тикэлоший сынт сэтуй ши ымбрэкаць, яр оамений чинстиць требуе сэ се мулцэмяскэ ку фэрыме: кэ требуеск школь, о газетэ локалэ ку о ориентаре чинститэ, ун театру, лекций публиче, консолидаря форцелор интелектуалитэций, кэ-й невое ка ачастэ сочиетате сэ се рекуноаскэ аша кум есте ши сэ се ынспэймынте. Ын апречиериле че ле дэдя семенилор ел фолося кулорь граве, нумай албул ши негрул, фэрэ сэ рекуноаскэ нуанцеле; омениря се ымпэрця ын индивизь чинстиць ши тикэлошь; ну рекуноштя нич ун фел де компромис. Деспре фемей ши драгосте ворбя ынтотдяуна ку патимэ ши ынкынтаре, дар ну фусесе ындрэгостит нич одатэ.

Некэтынд ла акуитатя пэрерилор ши ла старя де вешникэ иритаре ын каре се афла, ера юбит ын ораш, ши, ынтре ей, оамений ыл нумяу ку жингэшие Ваня. Деликатеця са ыннэскутэ, сервиабилитатя, чинстя, курэцения моралэ, кыт ши суртукул сэу узат, ынфэцишаря болнэвичоасэ ши ненорочириле фамилиаре инсуфлау сентименте де компасиуне ши мултэ тристеце; пе лынгэ тоате ачестя, ера инструит ши читит, штия, дупэ пэреря орэшенилор, абсолут тотул, ши ын ораш ера консидерат ка ун фел де енчиклопедие амбулантэ.

Читя фоарте мулт. Се ынтымпла унеорь сэ стя ла клуб жукынду-шь нервос бэрбуца ши сэ рэсфояскэ прин жур­нале сау кэрць: ын клипеле ачестя се ведя пе фаца луй кэ ну читеште, чи ынгите тотул, апроапе пе неместекате. Пробабил, лектура ера унул динтре болнэвичоаселе луй обичеюрь, пентру кэ се арунка ку ачеяш лэкомие асупра а тот че-й нимеря ын мынэ, кяр ши асупра зиарелор ши календарелор дин аний трекуць. Акасэ читя тотдяуна кулкат.

III

Ынтр’о диминяцэ де тоамнэ, местекынд нороюл улицелор ши фундэтурилор, ку гулерул палтонулуй ридикат, Иван Дмитрич се ындрепта спре ун локуитор ал орашулуй ка сэ ынкасезе о сумэ пе база уней сентинце жудекэторешть. Ера ынтр’о диспозицие проастэ, ка де обичей диминяца. Ынтр’ун фундак ый еширэ ын ынтымпинаре дой децинуць ын кэтуше, яр ку ей патру пазничь ку армеле. Ши май ынаинте ынтылнисе Иван Дмитрич деци­нуць, ши де фиекаре датэ авусесе фацэ де ей ун симцэмынт де компэтимире ши женэ, дар ынтылниря аста ый продусе о импресие ку тотул ноуэ ши чудатэ. И се пэру де одатэ кэ поате фи ынкэтушат ши ел ши кондус ын ачелаш фел прин норой, спре пушкэрие. Дупэ че термина че авя де фэкут, ын друм спре касэ ел ынтылни лынгэ поштэ ун комисар де полицие куноскут, каре-л салутэ ши-л ынсоци кыцьва пашь; лукрул ачеста и се пэру суспект. Акасэ ну-й путяу еши дин кап тоатэ зиуа децинуций ачея ши солдаций ку армеле, ши о вагэ нелиниште ыл ымпедика сэ читяскэ ши сэ се кончентрезе. Сара н’а апринс лумина, яр ноаптя н’а дормит ши се тот гындя кэ поате фи арестат, ынкэтушат ши арункат ын ынкисоаре. Ну се симця виноват абсолут де нимик ши ар фи путут сэ журе кэ нич пе виитор ну ва учиде, ну ва да фок ши ну ва фура нич одатэ; дар греу е оаре сэ сэвыршешть о кримэ фэрэ вое, ынтымплэтор, ши оаре ну е ку путинцэ о каломние, орь, ын сфыршит, о ероаре жудичиарэ? Кэ ну деӂяба зиче секулара ынцелепчуне а попорулуй, кэ де сэрэчие ши де пушкэрие ну-й нимень апэрат. Яр кыт привеште ероаря жудичиарэ, май алес ку актуалеле кодурь прочесуале, е кыт се поате де посибилэ, кяр баналэ. Оамений легаць де ненорочириле стрэине даторитэ службей орь постулуй че-л окупэ, ка, де екземплу, жудекэторий, полициштий, докторий, се кэлеск ын виртутя обишнуинцей пынэ ынтр’атыта, кэ ар вря, поате, дар ну сынт ын старе сэ айбэ алтэ атитудине декыт формалэ фацэ де клиенций лор; дин пунктул ачеста де ведере ей ну се деосебеск ку нимик де цэранул каре тае дупэ касэ бербечь ши вицей ши нич ну я ын самэ сынӂеле, яр ку атитудиня ачаста формалэ ши индиферентэ фацэ де ин­дивид, жудекэторул аре невое нумай де ун сингур елемент, ка сэ-л липсяскэ пе ом де тоате дрептуриле ши сэ-л кондамне ла мункэ силникэ: де тимп. Нумай де тимпул нечесар пентру респектаря унор формалитэць, пентру каре жудекэторул примеште салариу, ши атыта тот. Каутэ апой дрептате ши апэраре ын ачест мэрунт ши мурдар орэшел, ла доуэ суте де версте де каля фератэ! Ши ну е карагиос оаре сэ те гындешть ла дрептате, кынд орьче акт де самоволничие е привит де оамень ка о нечеситате абсолут жустификатэ, ши орьче акт де компэтимире, ка де екземплу о сентинцэ де акитаре, наште о адевэратэ експлозие, инсатисфакцие ши доринцэ де рэзбунаре.

Иван Дмитрич се скулэ диминяца ынспэймынтат, ку фрунтя плинэ де бробоане речь де судоаре, абсолут кон­винс кэ поате фи арестат ын фиече минут. Дакэ апэсэтоареле гындурь де ерь ну-л пот пэрэси атыта време, куӂета ел, ынсямнэ кэ есте ын еле ун грэунте де адевэр. Кэ алтфел ну й-ар фи путут вени ын кап аша, фэрэ нич ун фел де мотив.

Полицистул де сервич треку фэрэ пря мултэ грабэ пе

суб ферешть: се веде кэ ну кяр аша де помапэ. Ятэ, с’ау оприт лынгэ портицэ дой оамень ши так. Де че так?

Ши ынчепурэ пентру Иван Дмитрич зиле ши нопць де кин. Тоць чей каре тречяу пе суб ферестре сау ынтрау ын курте ерау спионь сау аӂенць. Ла прынз тречя де обичей исправникул ынтр’о каретэ ку дой кай; веня де ла мошия луй де лынгэ ораш ла комисариатул де полицие, дар луй Иван Дмитрич и се пэря де фиекаре датэ кэ исправникул трече пря репеде ши ку о експресие оарекум чудатэ пе фацэ: пробабил, се грэбеште сэ анунце кэ ын ораш а фост дескоперит ун криминал импортант. Иван Дмитрич тресэря ла аузул фиекэруй сунет, ла фиече бэтае ын поартэ, стэтя ка пе жэратик кынд ыитылня ын одая газдей ун ом ноу; кынд ведя вре-ун полицист сау вре-ун жандарм, зымбя ши флуера ка сэ парэ индиферент. Ну дормя нопць ынтреӂь ын аштептаря арестулуй, дар сфорэя ши офта путерник, аша кум фаче ун ом ку сомнул сэнэтос, ка сэ крядэ стэпына касей кэ доарме, дакэ ну доарме, ынсямпэ кэ аре мустрэрь де конштиинцэ,— че кап де акузаре! Атыт фаптеле, кыт ши лоӂика сэнэтоасэ ыл конвинӂяу кэ тоате спаймеле ачестя сынт нумай мофтурь ши аюрель, кэ атыт арестул, кыт ши пушкэрия, дакэ е сэ привешть ын мезул лукрурилор, ну ынсямнэ нимик грозав— принчипалул е сэ-ць фие конштиинца куратэ, дар ку кыт жудека май ложик ши май рационал, ку атыт май путерникэ ши май кинуитоаре девеня нелиништя суфлетяскэ. Аминтяу тоа­те ачестя стрэданииле унуй сихастру, каре воя сэ-шь куреце ун петик де лок ынтр’о пэдуре вирӂинэ; ку кыт жу­ка май ынфокат топорул ын мыниле луй, ку атыт май де непэтрунс ши май дясэ крештя пэдуря. Вэзынд ла урма урмелор кэ тоате ачестя сынт дешертэчунь, Иван Дми­трич ынчетэ сэ май куӂете ши кэзу прадэ дезнэдеждий ши спаймей.

Ынчепу сэ се изолезе ши сэ околяскэ оамений. Сервичиул ыл дезгуста ши ынаинте, акум ынсэ девенисе де несуферит. Се темя кэ поате фи ыншелат, кэ чинева ый поате стрекура пе необсервате митэ ын бузунар ши апой ва фи демаскат, орь кэ ва сэвырши ел ынсушь, инволунтар, о грешалэ ын хыртииле де стат, ка ун фел де фале ын акте публиче, сау кэ ва перде бань стрэинь. Чудат лукру кэ нич одатэ ынаинте гындиря луй ну ера атыт де инвентивэ ши малеабилэ ка акум, кынд зи де зи нэскочя мий де ной ши варияте мотиве пентру а-шь теме сериос

либертатя ши оноаря. Ын скимб слэбя дин че ын че май мулт интересул пентру лумя ынконжурэтоаре, пентру кэрць ын спецэ, ши ыл пэрэся мемория.

Ын примэварэ, кынд с’ау топит зэпезиле, ын рына де лынгэ чимитир ау фост дескоперпте доуэ кадавре ынтрате ын путрефакцие — о бэтрынэ ши ун бэецаш, ку семне де моарте виолентэ. Орашул ворбя нумай де оморул ачеста ши де некуноскуций учигашь. Иван Дмитрич, ка оамений сэ ну крядэ кэ ел е асасинул, се плимба сурызэтор пе стрэзиле орашулуй, яр де ынтылня куноскуць, пэля, рошя ши ынчепя сэ-й конвингэ пе тоць кэ ну екзистэ кримэ май фиороасэ декыт сэ учизь пе чей слабь ши фэ­рэ апэраре. Дар минчуна аста ыл обоси ын челе дин урмэ ши дупэ о скуртэ куӂетаре хотэры кэ ын ситуация луй чел май бун лукру е сэ се аскундэ ын пивница газдей. Рэмасе ын пивницэ о зи, апой о ноапте, а доуа зи, ынгецэ пынэ ын мэдува оаселор ши, аштептынд ынсераря, се стрекурэ пе фуриш, ка ун хоц, ын камера са. Рэ­масе сэ стя ын мижлокул одэий пынэ ын зорь, фэрэ сэ се миште ши ку урекя ынкордатэ. Диминяцэ таре, ынаинтя рэсэритулуй, вепирэ ла стэпына касей ниште мештерь собарь. Иван Дмитрич штия бине кэ оамений ау венит сэ рефакэ купторул дин букэтэрие, дар спайма ый шопти кэ сынт ниште полицишть травестиць. Ел се стрекурэ неаузит дин одае ши, купринс де спаймэ, фэрэ суртук ши фэрэ шапкэ, се арункэ ын страдэ. Се репезирэ дупэ ел, хэмэинд, кыний махалалей, стрига ундева ун урма луй ун цэран, вынтул флуера ын урекь ши и се пэря луй Иван Дмитрич кэ форца оарбэ а лумий ынтреӂь с’а грэмэдит ын спателе луй ши фуже дупэ дынсул.

А фост принс, адус акасэ, яр стэпына тримисе дупэ ун медик. Докторул Андрей Ефимыч, деспре каре се ва ворби май ынколо, ый прескрисе компресе речь пе фрук­те ши пикэтурь де лаур ши вишин, клэтинэ мыхнит дин кап ши плекэ, зикынду-й газдей кэ ну ва ревени, ынтрукыт ну требуе сэ-й ымпедичь пе оамень сэ-шь ясэ дин минць. Деоарече акасэ ну авя ку че-шь ынтрецине екзистенца ши ку че се лекуи, Иван Дмитрич фу експедият ла снпитал ши инсталат ын салонул пентру суферинзий де боль венериче. Ну дормя нопциле, фэчя назурь ши-й деранжа пе болнавь, аша кэ, ын курынд, ла диспозиция луй Андрей Ефимыч фу мутат ын салонул № 6.

Песте ун ан ын ораш уйтарэ тоць де Иван Дмитрич, яр кэрциле луй, арункате де газдэ ын сания де суб шопрон, ау фост штерпелите де копиий махалалей.

IV

Вечинул дин стынга луй Иван Дмитрич, дупэ кум ам май спус, е овреюл Мойсейка; вечинул дин дряпта — ун цэран обез, апроапе ротунд, ку о фацэ тымпэ, фэрэ нимик оменеск ын еа. Ун анимал имобил, лаком ши мурдар, каре а пердут демулт проприетатя де а гынди ши симци. Де ла ел адуче мереу а из духнит ши ыннэбушитор.

Никита, каре фаче курат, ыл бате ку сэлбэтэчие, дин тоате путериле, фэрэ сэ се ынгрижаскэ де соарта пумнилор; ши ну атыт бэтая е гроазникэ,— ши ку аста те поць обишнуи,— кыт фаптул кэ ачест анимал тымп ну рэспунде ла ловитурь ку нич о мишкаре, ку нич ун сунет, нич ку експресия окилор мэкар; се клатинэ нумай, абя абя, ка ун бутой греу.

Ал чинчиля ши ултимул пенсионар ал салонулуй № 6 е ун фост функционар ла поштэ, каре лукра кындва ла сортаря скрисорилор. Е ун блонд скунд ши слэбэног, ку о фацэ бунэ, дар виклянэ. Жудекынд дупэ окий луй дештепць ши лиништиць, че каутэ лимпеде ши весел, е ун ом каре штие че вря ши май алес штие о тайнэ фоарте ынсемнатэ ши фоарте пикантэ. Аре суб пернэ ши суб салтя ун лукру пе каре ну-л аратэ нимэнуй, ши ну де фрикэ сэ фие фурат, чи де рушине. Унеорь се апропие де ферястрэ, ши ынторкынду-се ку спателе ла товарэшь, ышь агацэ чева ла пепт ши привеште ла ачел чева ку капул плекат; дакэ ай сэ те апропий де ел ын время ачаста, ел се перде ши аскунде имедиат тайnикул объект. Дар ну е греу де лок сэ-й дезлеӂь секретул.

— Мэ путець феличита,— ый зиче ел адесеорь луй Иван Дмитрич, — ам фост пропус пентру Станислав класа а доуа ку стя. Класа а доуа ку стя е нумай пентру стрэинь, дар ну штиу де че вря лумя сэ факэ’ о ексчепцие пентру мине,— зымбеште ел ши стрынже недумерит дин умерь. — Дрепт сэ вэ спун, нич ну мэ аштептам!

— Ну мэ причеп ла лукруриле астя, — декларэ посоморыт Иван Дмитрич.

— Дар штиць че ам де гынд сэ капэт май девреме сау май тырзиу? — континуэ фостул сортатор, мижинд ку викление окий.— Ам сэ капэт нумайдекыт «Стяуа поларэ» суедезэ. Е ун ордин пентру каре фаче сэ интервий. О круче албэ ку пангликэ нягрэ. Е фоарте фрумос.

Пробабил, никэерь ын алтэ парте ну е атыт де монотонэ вяца ка ын ачест павилион ал спиталулуй. Диминяца тоць болнавий, ын афара паралитикулуй ши а обезулуй цэран, се спалэ ын тиндэ ынтр’ун хырдэу маре ши се штерг ку поалеле халателор; апой бяу дин ниште чешть де коситор чай пе каре-л адуче Никита дин корпул принчипал. Фиекэруя и се кувине кыте о чашкэ. Ла прынз мэнынкэ чорбэ дин варзэ акрэ ши кашэ, ла чинэ капэтэ ачеяш кашэ рэмасэ де ла прынз. Ын паузе стау лунӂиць, дорм, катэ прин жямурь ши се плимбэ динтр’ун колц ын алтул. Ын фиекаре зи ачелаш лукру. Пынэ ши фостул сортатор ворбеште мереу деспре ачеляшь ордине.

Оамень ной се аратэ рар ын салонул № 6. Алиенаць докторул ну май примеште демулт, яр дориторь сэ визитезе баламукуриле сынт фоарте пуцинь пе лумя аста. О датэ ла доуэ лунь визитязэ салонул Семион Лазарич, бэрбиерул. Кум тунде ел болнавий ши кум ыл ажутэ Никита сэ сэвыршаскэ ачастэ операцие, ши кыт де ынспэймынтаць аратэ болнавий де фиекаре датэ кынд се аратэ зымбитор ши бят бэрбиерул, н’о сэ май ворбим.

Ын афара бэрбиерулуй ну май ынтрэ нимень ын ачест павилион. Болнавий сынт кондамнаць сэ-л вадэ зилник пе унул ши ачелаш Никита.

Де алтфел, ну демулт с’а стрекурат прин тот спиталул ун звон дестул де чудат.

С’а рэспындит звонул кэ ын салонул № 6 а ынчепут сэ винэ докторул.

V

Чудат звон!

Докторул Андрей Ефимыч Рагин е ун ом интересант ын ӂенул луй. Се зиче кэ ын тинереце ера фоарте крединчос ши се прегэтя пентру о кариерэ духовничаскэ, ши кэ ын 1863, терминынд ӂимназиул, авя интенция сэ ынтре ла академия де теолоӂие; татэл луй, ынсэ, кирург ши доктор ын медичинэ, л-а луат песте пичор фоар­те каустик ши а декларат категорик кэ ну-л ва сокоти де фиу, дакэ се ва фаче попэ. Ну штиу ын че мэсурэ е адевэратэ тоатэ история, дар штиу кэ Андрей Ефимыч рекуноаште унеорь кэ н’а симцит нич ун фел де вокацие пентру медичинэ ши нич пентру штиинцеле екзакте ын ӂенерал.

Орькум, дар терминынд факултатя де медичинэ, ел ну с’а попит. Ну дэдя семне де пря мултэ евлавие, яр ла ынчепутул кариерей сале де медик семэна тот атыт де пуцин а фацэ бисеричаскэ, кум ши акума. Де алтфел…

Аре ун аспект де цэрэной греой ши нечоплит; фаца, барба, пэрул линс ши статура де ом войник, дар прост легат, ыл фак сэ Семене май мулт а ханӂиу де друмул маре, рэу, нестэпынит ши урсуз. Аре образул аспру, брэздат де винишоаре албастре, окий мичь ши насул рошу. Деши е ыналт ши лат ын спете, мыниле ши пичоареле луй пар уриаше: фаче импресия кэ поате до­боры ун боу ку о ловитурэ де пумн. Дар се мишкэ ынчет ши пэшеште пе несимците; дакэ се ынтылнеште ку чинева ын коридор, се опреште примул ка сэ чедезе друмул челуйлалт, ши ну ку глас профунд де бас, кум ар фи де аштептат, чи ку ун тенор моале спуне: «пар­дон!». Аре пе гыт о микэ ынфлэтурэ, каре-л ымпедикэ сэ-шь пунэ гулере скробите ши дин кауза ачаста поартэ ынтотдяуна кэмэшь ку гулер моале, де ин сау де стамбэ. Ши, ын ӂенерал, се ымбракэ де паркэ н’ар фи док­тор. Уна ши ачеяш переке де чизме о поартэ кыте зече ань, яр хайнеле ной, че ши ле кумпэрэ де обичей ын вре-о магерницэ овреяскэ, пар пе дынсул ла фел де узате ши боците ка ши челе векь; примеште болнавий; я маса ши фаче визите ынтр’унул ши ачелаш суртук; ши тоате ачестя ну дин згырчение, чи динтр’о тоталэ индиференцэ фацэ де екстериорул сэу.

Кынд а сосит Андрей Ефимыч ын ораш ка сэ-шь я постул ын примире, «ашезэмынтул де каритате» се афла ынтр’о старе ынспэймынтэтоаре. Ын салоане, пе коридоаре ши ын куртя спиталулуй те суфока ун мирос пестиленциал. Оамений де сервич ай спиталулуй, сурориле ши копиий лор дормяу ын салоане, де-а валма ку болнавий. Се плынӂяу кэ н’ау кум трэи де атытя гынгэний, плошнице ши шоаречь. Ын секция кирурӂикалэ бынтуя вешник екзема. Доуэ бистуриурь ши нич ун термометру ерау тоатэ аверя спиталулуй, ын кэзиле бэий се пэстрау картофь. Интендентул, кастелана ши фелчерул ый жефуяу пе болнавь, кыт деспре векюл док­тор, предечесорул луй Андрей Ефимыч, се повестя кэ виндя пе аскунс спиртул дин спитал ши кэ ышь ынжгебасе ун адевэрат харем дин рындул сурорилор ши ал фемеилор болнаве. Орашул штия лря бине де тоате ачесте тикэлоший, ба кяр ле ши ынфлоря пе ич-коло, дар привя ла еле ку мулт калм; дезординя ера ындрептэцитэ де фаптул кэ ын спиталул ачеста зак нумай орэшень де рынд ши цэрань, каре ну пот фи немулцэмиць, ынтрукыт акасэ трэеск ку мулт май рэу; кэ доар ну ку фазань авяу сэ-й хрэняскэ! Уний ынчеркау сэ ындрептэцяскэ ситуация пе мотивул кэ орашулуй ый вине греу сэ ынтрецинэ фэрэ ажуторул земствей ун спитал кумсекаде; славэ домнулуй кэ-л ау барем пе ачеста! Кыт привеште земства, еа н’авя де гынд сэ дескидэ ун ноу ашезэмынт нич ын ораш, нич прин ымпрежуримь, аргументынду-шь позиция прин фаптул кэ орашул ыл аре де акум пе-ал сэу.

Инспектынд спиталул, Андрен Ефимыч ажунсе ла конклузия кэ институция ачаста е фэрэ нич ун думнезеу ши песте мэсурэ де перикулоасэ пентру сэнэтатя четэценилор. Чел май потривит лукру ар фи фост, дупэ пэреря луй, сэ дя друмул болнавилор ын челе патру вынтурь, яр спиталул сэ фие ынкис. Дар, май куӂета ел, пентру асеменя лукру е абсолут инсуфичиентэ доар воинца луй, ши, ын фонд, тоате ар фи фост фэрэ нич ун рост; дакэ алунӂь динтр’ун лок мурдэрия физикэ ши моралэ, еа поате трече ын алтул; е май бине сэ аштепць пынэ вор диспаре тоате де ла сине. Пе лынгэ ачестя, дакэ оамений ау дескис ун спитал ши ыл толерязэ ын мижлокул лор, ынсямнэ кэ спиталул ачеста ле е нечесар; конвенционализмеле, ка ши тоате поркэрииле орь мыршэвииле оменешть, сынт нечесаре, ынтрукыт ку тимпул се трансформэ ынтр’ун «че» фолоситор, ассмень бэлигарулуй че се префаче ын чернозьом. Кэ ну е нимик бун пе пэмынтул ачеста, каре н’ар фи авут ундева, ла ориӂиня луй, о мыршэвие.

Луынду-шь постул ын примире, Андрей Ефимыч а адоптат о атитудине дестул де индиферентэ фацэ де дестрэбэларя дин спитал. Й-а ругат доар пе оамений де сервич ши пе сурорь сэ ну доармэ ын салоане ши а ымплут доуэ дулапурь ку инструменте ной: интендентул, кастелана ши фелчерул, кыт ши екзема кирурӂикалэ, ау рэмас ла локуриле лор.

Ый плаче луй Андрей Ефимыч песте мэсурэ интелектул ши чинстя, дар ну-й ажунӂе нич карактер ши нич ынкредере ын проприиле путерь ка сэ организезе о вяцэ чинститэ ши култэ ын журул сэу. Ну штие нич де кум сэ ордоне, сэ интерзикэ сау сэ инсисте. Паркэ шь-ар фи дат кувынтул кындва сэ ну ридиче гласул ши сэ ну фолосяскэ нич одатэ модул императив ал конжугэрилор. Ый ви­не фоарте греу сэ пронунце «дэ» сау «адэ»; кынд вря сэ мэнынче, тушеште нехотэрыт ши-й спуне букэтэресей: «Н’ар фи рэу ун чай …» сау: «Н’ар фи рэу сэ луэм прынзул». Сэ-й спунэ ынсэ интендентулуй ка ачеста сэ ну май фуре, сэ-л алунӂе сау сэ ликидезе ачест пост нетребуинчос ши паразитар — пентру асеменя лукрурь ну-й ажунг путерь. Кынд чинева ынчаркэ сэ-л ыншеле орь сэ-л флатезе, сау и се дэ ун акт фалс ла искэлит, ел рошеште ка ун рак, се симте паркэ виноват де чева, дар актул, тотуш, ыл искэлеште; кынд болнавий се плынг де фоаме сау де гросолэния сурорилор, ел се перде ши бомбэнеште ун рэспунс ка ачеста:

— Бине, бине, о сэ мэ дескурк май апой… е ворба, пробабил, де-о неынцелеӂре…  

Ла ынчепут Андрей Ефимыч с’а апукат де лукру ку мултэ рывнэ. Консулта пачиенць де диминяцэ пынэ ла прынз, опера ши кяр прими фачерь. Доамнеле ворбяу деспре ел кэ е атент ши гичеште де минуне болиле, май алес челе де фемей ши де копий. Дар пе мэсурэ че тречя тимпул, лукрул а ынчепут сэ-л пликтисяскэ прин монотония ши вэдита луй инутилитате. Астэзь консулць трейзечь де болнавь, мыне дау нэвалэ трейзечь ши чинч, поймыне патрузечь ши аша де азь пе мыне, де ла ун ан ла алтул, яр морталитатя ын ораш ну скаде ши болна­вий ну ынчетязэ сэ дя нэвалэ. Физичеште е импосибил сэ дай ун ажутор сериос челор патрузечь де болнавь че вин де диминяцэ ши пынэ ла прынз; ынсямнэ кэ требуе, сэ-й ыншель. Ай примит ын декурсул унуй ан доуэспрезече мий де пачиенць, лукрул ачеста ынсямнэ, жудекынд дрепт, кэ ай ыншелат доуэспрезече мий де оамень. Сэ-й интернезь пе чей май сериос болнавь ын салоане ши сэ те окупь де ей дупэ леӂиле штиинцей ну се поате, ынтрукыт леӂиле сынт, яр штиинца липсеште; дакэ е сэ лашь филозофия ла о парте ши сэ урмезь ын мод педант регуламентеле интерне, аша кум фак алць докторь, пентру асеменя лукру е невое де курэцение ши вентилацие, ну де мурдэрие; хранэ сэнэтоасэ ши ну борш ку варзэ ымпуцитэ, ши, ын сфыршит, е невое де ажутор кумсекаде, ну де тылхарь.

Ш’апой, ла урма урмей, де че сэ ымпедичь оамений сэ моарэ, кынд моартя е финалул нормал ши фиреск ал фиекэруя? Маре филозофие де-о сэ трэяскэ чинч сау зече ань май мулт вре-ун негустор сау вре-ун службаш! Дакэ е сэ везь скопул медичиний ын фаптул кэ медикаментеле ушурязэ суферинцеле, се наште де ла сине урмэтоаря ынтребаре: де че сэ ушурезь суферинцеле? Май ынтый, се зиче, суферинцеле ыл десэвыршеск пе ом; ын ал дойля рынд, дакэ омениря а ынвэцат ынтр’адевэр сэ-шь ушурезе суферинцеле ку ажуторул хапурилор ши а пикэтурилор, ынсямнэ кэ се ва лепэда ку тотул де релиӂие ши филозофие, ын каре гэся пынэ акум ну нумай окротире де тоате ненорочириле, чи ши феричире кяр. Ынаинтя морций Пушкин а ынчеркат ниште суферинце грозаве, сэракул Хайне а зэкут кыцьва ань паралитик; ши де че адикэ сэ ну боляскэ пуцин Андрей Ефимыч сау Матрьона Савишна, а кэрор вяцэ н’аре нич ун сенс ши ар фи фост пустие де тот, ка вяца уней амебе, дакэ н’ар екзистат суферинцеле?

Коплешит де асеменя кужетэрь, Андрей Ефимыч с’а лэсат пе тынжалэ ши н’а май гэсит де кувиинцэ сэ винэ па спитал ын фиекаре зи.

VI

Вяца шь-о трэеште кам ын фелул урмэтор. Се скоалэ де обичей пе ла опт диминяца, се ымбракэ ши бя чай. Апой ынтрэ ын кабинет ка сэ читяскэ сау се дуче ла спи­тал. Ла спитал, ынтр’ун коридораш ынгуст ши ынтунекос, стау болнавий ын аштептаря консултацией. Тропэинд дин чизме пе подяуа де пятрэ, трек пе лынгэ дынший сурорь ши оамень де сервич, болнавь ын халате; сынт скошь афарэ морций ши хырдэеле ку некурэцений, плынг копий ши е курент. Андрей Ефимыч штие кэ пен­тру офтикошь, пентру чей грав болнавь ши ын ӂенерал пентру пачиенций май сенсибиль атмосфера ачаста е кинуитоаре, дар че поць фаче? Ын камера де примире ыл аштяптэ фелчерул Сергей Сергеич, ун омулян скунд ши грос, ку фаца пухавэ бине расэ ши спэлатэ, ку жестурь ласчиве ши мой, ынтр’ун костум ноу ши ларг, каре-л фа­че сэ семене май мулт а сенатор декыт а фелчер. Ын ораш аре о клиентелэ уриашэ, поартэ о краватэ албэ ши се консидерэ мулт май штиутор декыт докторул, каре ну аре нич ун клиент. Ынтр’ун колц ал камерей де примире се афлэ о икоанэ маре, о каделницэ гря ши алэтурь о мэсуцэ де литургий ынтр’о хусэ албэ; пе перець атырнэ портрете де але архиереилор, о ведере а мэнэстирий де ла Святогорск ши коронице де имортеле албастре. Сергей Сергеич е фоарте евлавиос ши-й плак тоате атрибутеле култулуй. Икоана а фост кумпэратэ прин стэруинцеле луй; думиничиле ын сала де лримире вре-ун болнав читеште акатистул, яр дупэ службэ Сергей Сер­геич трече прин тоате салоанеле ши ле тэмыязэ дин ка­делницэ.

Болнавь сынт мулць, време пуцинэ ши дин кауза ачаста консултация се редуче ла ун скурт интерогаториу, урмат де унеле медикаменте, кум ар фи алифия де пучоасэ орь улеюл де ричинэ. Андрей Ефимыч стэ пе скаун ку фаца ын палме, гындитор, ши пуне машинал мереу ачеляшь ынтребэрь. Сергей Сергеич стэ ши ел пе скаун, ышь фрякэ палмеле ши дин кынд ын кынд се аместекэ ын ворбэ.

— Суферим ши не вине греу нумай деачея,— зиче ел,— кэ не ынкинэм рэу милостивулуй ностру думнезеу. Да!

Ын тимпул консултациилор Андрей Ефимыч ну фа­че нич ун фел де операций; с’а дезобишнуит демулт, ши ла ведеря сынжелуй се симте неплэкут тулбурат. Кынд требуе сэ дескидэ гура вре-унуй копил, ка сэ-й черчетезе гытул, яр копилул плынӂе ши се апэрэ ку мынуцеле, аре амецель дин кауза ципетелор ши-л подидеск лакримиле. Се грэбеште сэ скрие кыт май курынд рецета ши дэ дин мынь, ка фемея сэ плече кыт май репеде ку копил ку тот.

Ын тимпул консултациилор ыл пликтисеште песте самэ сфиичуня ши простия болнавилор, презенца евлавиосулуй Сергей Сергеич, портретеле де пе перець ши проприиле ынтребэрь, нескимбате май мулт де доуэзечь де ань. Плякэ дупэ че примеште чинч-шасе бол­навь. Пе чейлалць ый консултэ фелчерул сингур.

Стэпынит де гындул кэ ну аре, славэ домнулуй, нич ун фел де клиенць, ши кэ нимень ну-л поате деранжа, Андрей Ефимыч, ажунс акасэ, я лок ла маса де скрис дин кабинет ши ынчепе имедиат сэ читяскэ. Читеште фоарте мулт ши ынтотдяуна ку маре плэчере. Жумэтате дин салариу ыл келтуеште пе кэрць, ши дин челе шасе одэй але локуинцей сале, трей сынт плине де кэрць ши ревисте векь. Май мулт декыт орьче ый плак опереле историче ши филозофиче; пе линия медичиний е абонат ла о сингурэ ревистэ «Докторул», пе каре-о читеште ынтотдяуна де ла коадэ. Лектура дурязэ де фиекаре датэ кытева оре ын шир, дар ну-л обосеште. Ну читеште пе нерэсуфлате, кум фэчя пе времурь Иван Дмитрич, чи ынчет, атент, опринду-се десеорь ла моментеле че-й плак сау пе каре ну ле поате ынцелеӂе. Алэтурь де карте, де-а дрептул пе поставул месей, се афлэ ынтотдяуна о гэрэфиоарэ де ракиу ши ун кастравете мурат сау ун мэр. Ла фиекаре жумэтате де орэ ышь тоарнэ кыте ун пэхэрел де ракиу, пе каре-л бя фэ­рэ сэ-шь я окий де пе карте. Апой афлэ пе пипэите кастраветеле ши мушкэ дин ел.

Ла ора трей се апропие ынчетишор де уша букэтэрией, тушеште ын пумн ши зиче:

— Дарюшка, н’ар фи рэу сэ прынзеск…

Дупэ прынзул дестул де сэрэкуц ши фэрэ нич ун густ, Андрей Ефимыч се плимбэ ын лунгул одэилор ку мыниле круче ла пепт ши куӂетэ. Оролоӂиул сунэ ора патру, апой чинч, яр ел се тот плимбэ ши се тот гындеште. Унеорь се дескиде скырцыинд уша букэтэрией, ын каре се аратэ фаца руменэ ши сомнороасэ а Да­рией.

— Андрей Ефимыч, ну-й время сэ вэ луаць бе­ря?— ынтрябэ еа, грижулие.

— Ну, е девреме ынкэ… — рэспунде ел. — Чева май тырзиу… май тырзиу…

Спре сарэ вине ла ел де обичей шефул поштелор, Михаил Аверьяныч, сингурул ом дин ораш, ын сочиетатя кэруя Андрей Ефимыч се симте дестул де плэкут. Михаил Аверьяныч а фост кындва ун мошиер фоарте богат, ку служба ла кавалерие, дар с’а руинат ши ла бэтрынеце а ынтрат ын службэ ла министерул поште­лор. Аре о ынфэцишаре сэнэтоасэ, войоасэ, ниште фавориць богаць ши кэрунць, маниере елеганте ши ун глас путерник ши плэкут. Е бун ши сентиментал, дар се апринде ушор. Кынд вре-унул дин клиенций поштей ынчаркэ сэ протестезе, ну каде де акорд сау пур ши симплу куӂетэ ку глас таре, Михаил Аверьяныч се фаче стакожиу, ынчепе сэ тремуре дин тот трупул ши стригэ ку глас де тунет: «Тачь дин гурэ!», аша кэ офичиул поштал е де мултэ време консидерат ка о институцие ын каре е фоарте перикулос сэ пэшешть прагул. Михаил Аверьяныч ыл респектэ ши-л юбеште пе Ан­дрей Ефимыч пентру култура ши пентру ноблеця луй суфлетяскэ; пе чейлалць локуиторь ай орашулуй ый привеште де сус, ка ши кум й-ар фи субалтернь.

— Ей, ятэ-мэ ши пе мине— зиче ел, ынтрынд ла Андрей Ефимыч.— Бунэ зиуа, драгул меу! Те-ай сэтурат де мине, ай?

— Димпотривэ, ымь паре фоарте бине,— рэспунде докторул.— Сынт ынтотдяуна букурос сэ те вэд.

Приетений се ашазэ пе диванул дин кабинет ши фумязэ ун тимп ын тэчере.

— Дарюшка, н’ар стрика ниште бере!— зиче Андрей Ефимыч.

Прима стиклэ о сорб ын ачеяш тэчере; докторул, гындитор, яр Михаил Аверьяныч, ку о фацэ веселэ, инспиратэ, ка ун ом че требуе сэ повестяскэ ун лукру фоарте интересант. Дискуция о ынчепе ынтотдяуна докторул.

— Пэкат,— ынчепе ел лиништит ши ынчет, клэтинынд дин кап, фэрэ сэ се уйте ын окий интерлокуторулуй (ел ну се уйтэ нич одатэ ын окий куйва),— е маре пэкат, стимате Михаил Аверьяныч, кэ ын орашул ностру ну е нич ун ом, каре сэ се причапэ а сусцине о дискуцие интересантэ ши култэ. Е о липсэ колосалэ пентру ной. Нич интелектуалитатя ну се ридикэ деасупра вулгулуй; нивелул ей де дезволтаре, пермите-мь сэ те асигур, ну е ку нимик май пресус декыт чел ал простимий.

— Абсолут жуст. Сынт де акорд.

— Штий ши думнята,— континуэ лиништит докто­рул, кынтэринд кувинтеле,— кэ пе лумя ачаста тоате сынт липсите де интерес ши неынсемнате, ын афара манифестэрилор супериоаре але рациуний ши спиритулуй уман. Рациуня трасязэ о лимитэ хотэрытэ ынтре ом ши анимал, е о алузие ла думнезеиря примулуй ши, ынтр’о анумитэ мэсурэ, ынлокуеште чея че нумим немурире, ынтрукыт ачаста ну екзистэ. Реешинд дин челе спусе, ра­циуня е уникул извор де плэчере. Дакэ ну ведем ши ну аузим ын пряжма ноастрэ гласул рациуний, ынсямнэ кэ сынтем липсиць де орьче плэчере. Е адевэрат кэ путем чити тот фелул де кэрць, дар еле ну пот ынлокуи о дис­куцие. Дакэ-мь пермиць сэ фак о компарацие ну пря феричитэ, аш спуне урмэтоареле: кэрциле сынт нотеле, яр дискуция кынтекул.

— Абсолут жуст.

Урмязэ о паузэ. Апаре дин букэтэрие Дарюшка ши, ку експресия челей май тымпите неферичирь пе фацэ, се опреште ын праг, ка сэ аскулте ку капул реземат ын пумн.

– Оф!— суспинэ Михаил Аверьяныч.— Рациуне врей де ла чей де астэзь?

Ши принде сэ повестяскэ кыт де веселэ, интересантэ ши грозавэ ера вяца пе времурь, кыт де прегэтитэ ера интелектуалитатя дин Русия ши кыт де мулт циня ла приетение ши оноаре. Путяй луа бань ку ымпрумут фэрэ нич ун фел де полицэ ши ера консидерат дрепт о маре рушине фаптул кэ ну ай дат о мынэ де ажутор товарэшулуй ынтрат ла анангие. Ши апой, че май авентурь, чокнирь, лупте, че товарэшь, че фемей май ерау! Орь Кауказул! Че колц де рай! Ши соция унуй командант де баталион, фемее фоарте чудатэ, ымбрэка хайне де офи­цер ши плека сингурэ ын мунць, спре сарэ, фэрэ ынсоцитор. Зичя лумя кэ тоарче о повесте де драгосте ку ун принц де прин аулуриле челя.

— Майка домнулуй, пря сфынтэ фечоарэ!..— офтязэ Дарюшка.

— Ши че май мынкэрурь! Че май бэутурь! Ши че май либераль пэтимашь!

Андрей Ефимыч аскултэ ши ну ауде нимик; се гындеште ла але луй ши соарбе дин пахарул ку бере.

— Десеорь вэд ын вис оамень интелиӂенць ши дискут ку ей,— ынчепе ел пе неаштептате, ынтрерупынду-л пе Михаил Аверьяныч.— Тата мь-а дат студий стрэлучите, дар м’а облигат сэ мэ фак доктор, суб ынрыуриря идеилор де прин шайзечь. Ми се паре кэ де ну л-аш фи аскултат атунч, м’аш афла астэзь ын мижлокул мишкэрий куӂетэторилор. Аш фи фост, пробабил, мембрул уней факултэць. Се ынцелеӂе, рациуня ну е вешникэ, чи трекэтоаре, дар штий де че цин ла дынса атыт де мулт? Вяца е о капканэ. Кынд омул че куӂетэ девине бэрбат ши атинӂе нивелул уней конштиинце матуре, се симте фэрэ сэ вря ка ынтр’о капканэ фэрэ ешире. Ынтр’адевэр, ун апумит конкурс де ымпрежурэрь ынтымплэтоаре ыл адук ла вяцэ дин нефиинцэ… Де че? Дакэ вря сэ афле сенсул ши скопул екзистенцей сале, лумя таче сау ый спуне тот фелул де негьобий; ел бате ши ну и се дескиде; ыл я моартя ши тот ымпотрива воинцей сале. Ши ятэ, асемень пушкэриашилор каре ымпреунэ се симт мулт май ушор, нич ын вяцэ ну обсервь капкана, дакэ оамений че пот анализа орь ӂенерализа се адунэ ши ышь петрек тимпул ынтр’ун скимб де идей семеце ши либере. Ын ачест сенс рациуня е о плэчере че ну поате фи ынлокуитэ де нимик.

— Абсолут жуст.

Фэрэ сэ кате ын окий интерлокуторулуй, Андрей Ефимыч континуэ сэ ворбяскэ лиништит, ку мулте паузе, деспре оамень интелиӂенць ши деспре дискуцииле авуте ку ей, яр Михаил Аверьяныч ыл аскултэ ку атенцие ши каде мереу де акорд: «Абсолут жуст».

— Ши кяр ну крезь ын немуриря суфлетулуй? — ынтрябэ де одатэ шефул поштелор.

— Ну, стимате Михаил Аверьяныч, ну кред ши н’ам нич ун фел де мотиве сэ кред.

— Требуе сэ рекуноск кэ ши пе мине мэ фрэмынтэ ындоелиле. Деши мэ чаркэ, де алтфел, ун симцэмынт кэ н’ам сэ мор нич одатэ. Оф, мэ гындеск ын синя мя: бошорог бэтрын! Е нремя сэ дай ортул попий! Дар дин суфлет рэсунэ ши алт глэсчор: ну креде, н’ай сэ морь!..
Ла ора ноуэ ши кытева минуте Михаил Аверьяныч плякэ. Ымбрэкынду-шь шуба ын антреу, ел декларэ офтынд:

— Ши тотуш, ын че фундэтурэ не-а май арункат ши пе ной соарта! Ши май пэкэтос ка орьче, е кэ требуе сэ мурим аич. Оф!..

VII

Кондукынду-шь приетенул, Андрей Ефимыч я лок ла масэ ши се пуне яр пе читит. Лиништя ынсерэрий, апой а нопций, ну е ынтреруптэ де нич ун сунет, ши тимпул паре кэ с’а оприт ши ел ымпреунэ ку докторул асупра кэрций; ши паркэ ну екзистэ нимик пе луме ын афара ачестей кэрць ши а лэмпий ку абажур верде. Кипул де мужик ал докторулуй ынчепе сэ ынфлоряскэ ынчетул ку ынчетул ынтр’ун зымбет де рекуноштннцэ ши ынкынтаре ын фаца ӂениулуй оменеск. «О, де че ну е немуритор омул? — се гыядеште ел.— Де че требуе сэ диспарэ креерул ши чиркумволуциуниле луй, ла че бун ведеря, ворба, симциря, ӂениул, дакэ тутурор ачестора ле е сортит сэ се префакэ ын лут, яр апой сэ ынгеце ымпреунэ ку скоарца пэмынтулуй ши сэ се ынвыртэ милиоане де ань, фэрэ сенс ши скоп, ын журул соарелуй? Пентру ка сэ рэчешть ынтый, ши апой сэ те ынвырць, ну ера невое сэ скоць омул дин нефиинцэ ши нич де минтя луй супериоарэ, апроапе думнезеяскэ ну ера певое, ка пе урмэ, ын бэтае де жок, сэ ле трансформь дин ноу ын лут…

Метаболизм! Ши тотуш че лашитате сэ те мынгый ку ачест сурогат де немурире! Прочеселе инконштиенте че се петрек ын натурэ сынт май прежос кяр декыт простия оменяскэ, ынтрукыт ын простие есте мэкар пуцинэ конштиинцэ ши воинцэ, яр ын прочесе ну-й абсолут нимик. Нумай лашул, ын каре е май мултэ спаймэ ын фаца морций декыт демнитате, поате сэ се мынгые ку конштиинца фаптулуй кэ трупул луй ва трэи песте времь ын ербурь, ын петре, ын броаште… Сэ-ць везь немуриря ын ачест метаболизм е ка ши кум ай презиче ун виитор стрэлучит кутией, дупэ че с’а стрнкат ши ну май е бунэ де нимик виоара скумпэ че стэтя ынэунтру».

Кынд сунэ оролоӂиул, Андрей Ефимыч се ряземэ де спетяза фотолиулуй ши ынкиде окий ка сэ май медитезе пуцин. Пе необсервате, суб импресия бунелор гындурь кулесе дин кэрць, ел ышь реведе трекутул ши презентул. Трекутул е урыт, май бине нич сэ ну ши-л аминтяскэ. Яр презентул ну е ку нимик май пресус де трекут. Ел штие кэ ын тимп че гындуриле луй, димпреунэ ку пэмынтул рече, се ынвырт ын журул соарелуй, алэтурь де локуинца докторулуй, ын мареле корп ал спиталулуй, се кинуе оамень ын мизерие физикэ ши боль; пробабил, вре-унул динтре ей ну доарме ши се рэзбоеште ку инсектеле, алтул се молипсеште де екземэ сау ӂеме де пансаментул пря стрынс; посибил кэ болнавий ышь омоарэ поаптя, жукынд кэрць ку сурориле сау бынд ра­киу. Анул ачеста ау фост ыншелаць доуэспрезече мий де оамень; тот лукрул спиталулуй е базат пе тылхэрий, гылчевь, бырфель, непотизм, пе чя май гросоланэ ыншелэторие, спиталул, ка ши май ынаинте, е о институцие аморалэ ши песте мэсурэ де примеждиоасэ пентру сэнэтатя локуиторилор. Ел штие кэ ын салонул № 6 Ни­кита ый чомэӂеште пе болнавий дин спателе гратиилор ши кэ Мойсейка бате ын фиекаре зи стрэзиле орашулуй ка сэ чарэ де поманэ.

Пе де алтэ парте, докторул штие пря бине кэ ын ултимий доуэзечь ши чинч де ань ын медичинэ ау авут лок скимбэрь колосале. Пе кынд студия ла университеате, медичина пэря сэ айбэ курынд соарта метафизичий орь а алкимией, акума ынсэ, кынд читеште нопць ын шир, медичина ыл емоционязэ ши наште ын ел симцэминте де уймире, ба кяр ши ентузиазм. Ынтр’адевэр, че стрэлучире неаштептатэ, че револуцие! Даторитэ антисептичей се пот фаче операций, пе каре мареле Пи­рогов ле консидера импосибиле кяр ши тэере. Докторь обишнуиць, де пласэ, ындрэзнеок сэ факэ резекция артикулациилор ӂенункюлуй, динтр’о сутэ де лапаратомий уна сингурэ се терминэ летал, кыт привеште петреле ла фикат, лукруриле ачестя сынт консидерате ун фляк деспре каре нич ну се скрие. Сифилисул се тратязэ ын мод радикал. Унде май пуй теория ередитэций, хипнотизмул, дескоперириле луй Пастер ши але луй Кох, статистика иӂиеней орь кяр медичина ноастрэ русэ, де провинчие? Психиатрия ку актуала ей класификаре а болилор, методеле де диагностикэ ши тратамент, тоате сынт, ын компарацие ку чея че а фост, ун адевэрат Елбрус. Акум алиенацилор ну ли се май тоарнэ пе кап кэлдэрь де апэ рече ши ну-й май ымбракэ нимень ын кэмэшь де форцэ; сынт ынтрецинуць оменеште, ба кяр, дупэ кум скриу зиареле, се дау спектаколе ши балурь спечиал пентру ей. Андрей Ефимыч штие кэ потривит актуалелор ведерь ши густурь, асеменя мизерие ка сало­нул № 6, е ку путинцэ нумай ла доуэ суте де версте де каля фератэ, ынтр’ун тыргушор ку примарул ши тоць мембрий муничипалитэций аналфабець, че вэд ын док­тор ун врэжитор май пресус де орьче критикэ, мэкар де-ар фи сэ тоарне плумб топит ын гура пачиенцилор; ын алт лок популация ши газетеле ар фи фэкут демулт фэрыме дин ачастэ микэ Бастилие.

«Ей ши че? — се ынтрябэ Андрей Ефимыч, дескизынд окий. — Че маре филозофие? Ши антисептика, ши Кох, ши Пастер, дар мезул лукрурилор ну с’а скимбат ку нимик. Маладииле ши морталитатя ау рэмас ла ачелаш нивел. Се организязэ балурь ши спектаколе пентру алиенаць, дар либертате ну ле дэ нимень. Врасэзикэ, тотул е ун мофт ши о дешертэчуне, ши, ын фонд, ну е нич о деосебире ынтре чя май бунэ клиникэ виенезэ ши лазаретул меу».

Дар мыхниря ши ун симцэмынт че адуче а инвидие ыл ымпедикэ сэ рэмынэ индиферент. Е, пробабил, фоар­те сурменат. Капул се ласэ греу пе карте, ышь пупе мыниле суб фацэ, ка сэ-й фие май моале, ши куӂетэ:

«Мунка мя ну адуче декыт даунэ ши примеск ляфэ де ла оамень пе каре ый ыншел; сынт нечинстит. Ши тотуш, ну презинт нимик алтчева декыт пэртичика унуй рэу сочиал де каре ну те поць липси; тоць функционарий де жудец ну адук декыт дауне ши примеск ляфа де поманэ… Резултэ кэ ну еу сынт виноват де нечинстя мя, чи тимпул… Де м’аш фи нэскут ку доуэ суте де ань май тырзиу, аш фи фост ку тотул алтул».

Кынд бате ора трей, ел стинӂе лампа ши се ындряптэ спре дормитор. Ну поате адорми.

VIII

Вре-о дой ань ын урмэ земства фэкусе ун ӂест ларг, хотэрынд сэ алоче ануал трей суте де рубле спиталулуй орэшенеск пентру ноул персонал медикал, пынэ ла дескидеря спиталулуй де земствэ. Ын ажуторул луй Андрей Ефимыч а фост инвитат медикул де жудец Евгений Фьодорыч Хоботов. Е ун ом фоарте тынэр ынкэ, н’аре нич трейзечь, ун брунет ыналт, ку помеций ображилор проеминенць ши ку окь мичь; се веде кэ ын винеле луй курӂе сынӂеле упор стрэбунь венетичь. А венит ын ораш фэрэ нич о лецкае ын бузунар, ку ун мик ӂямантан ши ку о тынэрэ урытэ, пе каре о нумеште букэтэрясэ. Фемея е ку ун копил сугач. Евгений Фьодорыч поартэ о шапкэ ку козорок, ниште чизме ыналте ши ярна о скуртейкэ. С’а ымприетенит ындатэ ку фелчерул Сергей Сергеич ши ку касиерул спиталулуй, пе чейлалць службашь ый нумеште, ну се штие де че, аристокраць ши ый околеште. Ын каса луй поате фи гэситэ о сингурэ карте: «Челе май ной рецете але клиничий виенезе пен­тру анул 1881». Кынд визитязэ вре-ун болнав, я неапэрат ши картя ачаста. Сериле жоакэ билиард ла клуб, кэрциле ну-й плак. Е ун маре аматор де кувинцеле пе каре ле ши фолосеште ын дискуций: мофтанӂий, ку оу ши ку оцет, ну май ыннебуни лумя ш. а. м. д.

Вине ла спитал де доуэ орь пе сэптэмынэ, визитязэ салоанеле ши консултэ болнавий. Нереспектаря челор май елементаре регуль де антисепсие ши вентузеле ку сынӂе ыл скот дин сэрите, дар ну ынтродуче иноваций де тямэ сэ ну-л жигняскэ пе Андрей Ефимыч. Пе колегул сэу Андрей Ефимыч ыл аре де ескрок бэтрын, ыл бэнуеште кэ диспуне де мижлоаче солиде ши ыл инвидиязэ ын тайна, й-ар окупа ку маре плэчере локул.

IX

Ынтр’о сарэ де примэварэ, пе ла сфыршитул луй мартие, кынд се тописерэ зэпезиле ши кынтау граурь ыл куртя спиталулуй, докторул еши ка сэ-шь кондукэ приетенул, шефул поштелор, пынэ ла поартэ. Кяр ын время аста се ынторчя де ла чершит овреюл Мойсейка. Ера фэрэ шапкэ, ку галошь пе пичорул гол, ши ын мынэ авя ун сэкулец ку’помана.

— Дэ-мь о копейкэ!— се адресэ ел докторулуй, тремурынд де фриг ши зымбинд.

Андрей Ефимыч, каре ну штия сэ рефузе пе нимень, ый ынтинсе о монедэ де зече копейчь.

«Ну е бине аша,— се гынди ел, кэтынд ла пичоареле гоале, ку глезнеле слабе ши роший де фриг але болнавулуй.— Е умед афарэ».

Ши, мынат де ун симцэмынт де милэ орь, поате, де дезгуст, се ындрептэ спре павилион ын урма овреюлуй, кэтынд кынд ла келия ачестуя, кынд ла глезнеле луй. Ла апариция докторулуй, сэри де пе мунтеле де боарфе Никита ши луэ позиция де дрепць.

— Салутаре, Никита, — зисе липиштнт Андрей Ефи­мыч. — Паркэ н’ар фи рэу сэ-й дэм овреюлуй ниште чизме, кэ алтфел поате сэ рэчяскэ.

— Ынцелес, ынэлцимя воастрэ. О сэ ранортез интендентулуй.

— Те рог. Роагэ-л ын нумеле меу. Спуне-й кэ еу л-ам ругат.

Уша де ла салон ера дескисэ. Иван Дмитрич, каре стэтя пе диван ын капул оаселор ши аскулта нелиништит гласуриле стрэине, ыл рекуноску де ындатэ пе док­тор. Ынчепу сэ тремуре де фурие, сэри ын пичоаре ши, ку о фацэ ря, рошие, ку окий ешиць дин орбите, се репези ын мижлокул салонулуй.

— А венит докторул!— стригэ ел пуфнинд ын хохо­те де рыс.— Ын сфыршит! Домнилор, вэ феличит, док­торул не фаче деосебита оноаре ку визита домнией сале! Скырнэвие мыршавэ!— ципэ ел, ши ынтр’ун екстаз кум ну май фусесе вэзут нич одатэ, тропэи дин пичоаре.— Сэ учидем окырнэвия! Ну, е пря пуцин с’о учидем! С’о ынекэм ла ымблэтоаре!

Андрей Ефимыч, каре аузисе тоате ачестя, ынтрэ ын салон ши ынтребэ лиништит:

— Де че?

— Де че?—репетэ Иван Дмитрич, апропиинду-се аменинцэтор де ел ши ынфэшурынду-се ку ынфригураре ын халат.— Де че? Тылхаруле! —пронунцэ ел ку скырбэ, потривинду-шь бузеле ка пентру а скуйпа.— Ескрокуле! Кэлэуле!

— Лиништеште-те,— спусе Андрей Ефимыч, зымбинд женат.— Цин сэ те асигур кэ нич одатэ н’ам фурат ни­мик, яр ын че привеште рестул, пробабил кэ ексаӂерезь. Вэд кэ ешть фоарте супэрат пе мине. Дакэ поць, линиш­теште-те, те рог, ши спуне-мь бэрбэтеште: де че ешть супэрат?

— Де че мэ цинець аич?

— Пентру кэ ешть болнав.

— Да, сынт болнав. Дар зечь ши суте де небунь се плимбэ либерь, пентру кэ игноранца воастрэ ну-й поате деосеби де чей сэнэтошь. Де че дар требуе сэ стау еу ши ачешть ненорочиць ын нумеле тутурор, ка ниште цапь испэшиторь? Думнята, фелчерул, интендентул ши тоць тикэлоший дин ачест спитал сынтець мулт май прежос де ной моралменте, де че дар требуе сэ стэм ной аич, яр вой ну? Унде е лоӂика?

— Морала ши лоӂика ну ау де а фаче ку ачесте лукрурь. Тоате депинд де ынтымпларе. Чине а фост ынкис ын ачест салон, рэмыне ынкис; чине ну, се плимбэ, ши атыта тот. Ну е нич о моралитате ши нич о лоӂикэ ын фаптул кэ еу сынт доктор, яр думнята алиенат, е нумай о симплэ ынтымпларе.

— Ну ынцелег флякуриле ачестя…— рости сурд Иван Дмитрич ши се ашезэ пе пат.

Мойсейка, пе каре Никита се сфиисе сэ-л перкезиционезе ын презенца докторулуй, ышь ынтинсе пе пат букэцелеле де пыне, хыртиуцеле, сымбурий адунаць ши, тремурынд ынкэ де фриг, ынчепу сэ ворбяскэ чева ын еврееште ку глас кынтат. Пробабил, ышь имаӂина кэ а дескис о дугеницэ.

— Елибераци-мэ,— се ругэ Иван Дмитрич ку глас тремурэтор.

— Ну пот.

— Дар де че? Де че?

— Пентру кэ ну депинде де мине. Жудекэ ши думнята, че фолос дин фаптул кэ ам сэ те елиберез? Пофтим, плякэ. Ау сэ те рецинэ локуиторий орашулуй сау полиция ши ау сэ те ынтоаркэ ындэрэт.

— Да, да, е адевэрат… —фэку Иван Дмитрич, штергынду-шь фрунтя.— Е ынспэймынтэтор!— Дар че сэ фак? Че?

Гласул луй Иваи Дмитрич, кыт ши фаца луй тынэрэ, интелиӂентэ ши скимоноситэ де гримасе ый плэку луй Андрей Ефимыч. Воя сэ-л мынгые пе ачест тынэр ши сэ-л лиништяскэ. Се ашезэ алэтурь пе аштернут, се гынди пуцин ши спусе:

— Мэ ынтребь че сэ фачь? Ын ситуация думитале чел май бун лукру е сэ фуӂь. Дин ненорочире ынсэ, лукрул ачеста ну ва дуче ла нич ун резултат. Вей фи рецинут. Кынд сочиетатя се апэрэ де криминаль, бол­навь минталь ши ын ӂенерал де тоць оамений каре ну-й сынт пе плак, сочиетатя е де неынвинс. Ыць рэмыне ун сингур лукру: сэ те ымпачь ку гындул кэ е нечесар сэ те афли аич.

— Ну е нечесар пентру нимень лукрул ачеста.

— Одатэ че екзистэ ынкисориле ши каселе де небунь требуе сэ се афле чинева ын еле. Дакэ ну думнята — еу, дакэ ну еу, ун ал трейля. Аштяптэ, ынтр’ун виитор ындепэртат, кынд ышь вор сфырши екзистенца ынкисориле ши баламукуриле, ну вор май фи нич гратий ла ферестре, нич халате. Тимпул ачеста ва вени пречис. Май девреме сау май тырзиу.

Иван Дмитрич зымби ироник.

— Глумешть,— спусе ел, мижинду-шь окий. — Пен­тру асеменя домнь, кум ешть думнята ши ажуторул думитале Никита, н’аре нич о импортанцэ вииторул, дар путець фи сигурь де фаптул кэ ачеле времурь буне вор вени, скумпий мей домнь! Дакэ мэ експрим вулгар поць рыде, дар вор стрэлучи зориле уней вець ной, ва триум­фа адевэрул ши ва фи сэрбэтоаре пе страда ноастрэ! Еу ну вой ажунӂе ачесте времь, вой пери. Дар стрэнепоций куйва ле вор трэи. Ый салут дин тот суфлетул ши мэ букур, мэ букур мулт пентру ей! Ынаинте! Думнезеу сэ вэ ажуте, прнетень!

Иван Дмитрич се скулэ ын пичоаре ши ку окь склипиторь урмэ ку гласул тулбурат, ындрептынд мыниле спре ферестре:

— Де дупэ ачесте гратий вэ бинекувынтез! Трэяскэ дрептатя! Мэ букур пентру вой!

— Еу ну вэд нич о причинэ де букурне,— спусе Ан­дрей Ефимыч, кэруя пуртаря луй Иван Дмитрич и се пэру пуцин кам театралэ, дар ын ачеяш време ый фэку о деосебитэ плэчере. — Ынкисорь ши касе де небунь ну вор май екзиста, дрептатя, кум те-ай експримат думнята, ва триумфа, дар мезул лукрурилор иу се ва скимба, леӂиле натурий вор рэмыне ачеляшь. Оамений вор суфери, вор ымбэтрыни ши вор мури ка ши акум. Орькыт де стрэлучитоаре ар фи аурора веций думитале, пынэ ла урмэ вей фи ынкис ынтр’ун сикриу ши арункат ынтр’о гроапэ.

— Дар немуриря?

— Ей, фий сериос!

— Думнята ну крезь, дар еу кред. Достоевский сау Волтер зичяу кэ де н’ар фи екзистат думнезеу, оаме­ний л-ар фи креат. Еу кред ку тоатэ тэрия кэ дакэ ну екзистэ немуриря, мареле ӂениу уман о ва нэскочи май девреме сау май тырзиу.

— Е бине спус,— зисе Андрей Ефимыч, зымбинд де мулцэмире. — Е бине кэ думнята крезь; ку асеменя крединцэ поць трэи ферчнт кяр ши ферекат ынтр’ун зид. Ай студият ундева?

— Да, ла университате, дар н’ам терминат-о.

— Ешть ун ом каре куӂетэ ши каутэ. Ын орьче ымпрежурэрь поць гэси калмул суфлетеск ын думнята ынсуць. Гындиря либерэ ши профундэ, че тинде спре куноаштеря веций, ши абсолутул диспрец фацэ де дешертэчуниле лумий, ятэ челе доуэ бунурь, май пресус де каре омул ну поате шти нимик. Поць стэпыни ши дум­нята ачесте бунурь, кяр дакэ ар фи сэ трэешть ын спателе а трей рындурь де гратий. Диоӂене трэя ынтр’ун бутой, ку тоате ачестя ера май феричит декыт тоць стэпыниторий пэмынтулуй.

— Диоӂене ал думитале а фост ун добиток,— рости посоморыт Иван Дмитрич.— Че-мь тот ворбешть деспре Диоӂене ши ну штиу че куноаштере а веций?— сэри ел, супэрат, ын пичоаре.— Мие-мь плаче вяца, о юбеск ку пасиуне! Суфэр де мания персекуцией, мэ кинуе вешних спайма, дар сынт клипе, кынд мэ купринде о драгосте де вяцэ, кэ мэ тем сэ ну-мь ес дин минць. Таре май вряу сэ трэеск, таре!

Ел ынчепу сэ се плимбе аӂитат прин одае ши континуэ ку глас скэзут:

— Кынд кад пе гындурь, вэд ниште нэлучь. Вин ла мине оамень некуноскуць, аскулт вочя лор, ауд музикэ, ши ми се паре кэ мэ плимб прин пэдурь, пе-ун цэрм де маре, ши аштепт ку атыта патимэ тот фелул де грижь ши алергэтурэ… Спуне-мь, те рог, че-й ноу аколо?— ынтребэ Иван Дмитрич.— Че се ауде?

— Врей сэ штий ноутэциле дин ораш сау ын ӂенерал?

— Ба май ынтый дин ораш, апой тоате челелалте.

— Ей? Ын ораш е о пликтисялэ де моарте… Н’ай куй спуне о ворбэ, н’ай пе чине аскулта. Оамень ной ну сынт. Адикэ а венит ну демулт ун доктор тынэр, Хо­ботов.

— Да, штиу кынд а венит. Ун нечоплит.

— Да, е липсит де културэ. Кам чудат, штиу… Дупэ тоате семнеле, ын капиталеле ноастре ну се пря симте о анкилозаре а спирителор, димпотривэ, ынсямнэ кэ требуе сэ фие ши оамень адевэраць пе аколо; дар, нештиут де че, ни се тримит ниште типь де ци-й ши скырбэ сэ те уйць ла дынший. Ненорочит тыргушор!

— Да, ненорочит тырг! — офтэ Иван Дмитрич ши ынчепу сэ рыдэ:— Дар кум е ын ӂенерал? Че май скриу зиареле, ревистеле?

Ын салон се лэсасе ынтунерикул, докторул се скулэ ын пичоаре ши ынчепу сэ повестяскэ че се скрие пес­те хотаре ши ын Русия ши кам че ориентаре а спирителор поате фи обсерватэ. Иван Дмитрич аскулта ку атенцие, пуня ынтребэрь, дар де одатэ, де паркэ шь-ар фи аминтит чева гроазник, се апукэ ку мыниле де кап ши се трынти ын аштернут ку спателе ла доктор.

— Че с’а ынтымплат?— ынтребэ Андрей Ефимыч.

— Н’ай сэ май аузь де ла мине нич ун кувынт!— рости брутал Иван Дмитрич.— Ласэ-мэ ын паче!

— Дар де че?

— Ыць спун, ласэ-мэ ын паче! Ла мама дра-кулуй!

Андрей Ефимыч стрынсе дин умерь, офтэ ши пэрэси салонул. Трекынд прин тиндэ, рости:

— Паркэ н’ар фи рэу пуцинэ курэцение пе-аич, Ни­кита… Е ун мирос фоарте греу!

— Ам ынцелес, ынэлцимя воастрэ.

«Че тынэр симпатик! — се гындя Андрей Ефимыч ын друм спре локуинца са. — Де кытэ време локуеск аич, ел е, пареми-се, примул ку каре се поате ста де ворбэ. Штие сэ жудече ши се интересязэ ануме де че требуе сэ се интересезе».

Читинд май ынтый ши апой прегэтиаду-се де кулкаре, ел се гындя тоатэ время ла Иван Дмитрич; а доуа зи диминяцэ, кынд се трези, ышь аминти кэ фэкусе ерь куноштинцэ ку ун ом интелиӂент ши интересант ши хотэры сэ-л визитезе ла прима оказие.

X

Иван Дмитрич стэтя ын ачеяш позэ ка ын ажун, ку пичоареле стрынсе суб бэрбие ши ку капул ын мынь. Фаца ну и се ведя.

— Бунэ зиуа, приетене,— спусе Андрей Ефимыч. -Ну дормь?

— Ын примул рынд ну-ць сынт приетен,— рэспунсе Иван Дмитрич, афундынду-се ку фаца ын пернэ,— яр ын ал дойля рынд, задарник ыць фачь атыта бэтае де кап: н’ай сэ скоць де ла мине нич ун кувынт.

— Чудат… — ынгынэ Андрей Ефимыч сфиит. — Ерь ам авут о дискуцие атыт де интересантэ… Дар те-ай су­пэрат аша, дин сенин, ши ай контенит… пробабил, ам спус вре-ун кувынт неаштептат ши неплэкут сау поате ам експримат вре-о идее каре ну кореспунде конвинӂерилор думитале.

— Да, кяр ам сэ те кред имедиат! — фэку Иван Дми­трич, сэлтынду-се ын аштернут ши арункынду-й докторулуй о привире ироникэ, дар плинэ де алармэ; авя окий роший. — Поць сэ те дучь сэ спионезь ши сэ траӂь оамений де лимбэ ын алтэ парте, аич н’ай че фаче. М’ам причепут ынкэ де ерь че кауць аич!

— Че фантезие чудатэ! — рысе докторул. — Крезь кэ сынт ун спион?

— Да, ымь ынкипуй… Спион сау ун доктор каре вря сэ мэ пунэ ла ынчеркаре; ын фонд е ачелаш лукру.

— Ах, яртэ-мэ, те рог, дар ешть таре… чудат!

Докторул се ашезэ пе ун табурет лынгэ пат ши клэтинэ дин кап а репрош.

— Ей, сэ адмитем кэ ай дрептате,— спусе ел. — Сэ адмитем кэ вряу сэ те траг де лимбэ ка сэ те дау апой пе мына полицией. Ай сэ фий арестат ши дус ын фаца жудекэций. Дар о сэ-ць фие оаре ла жудекэторие сау ын ынкисоаре май рэу декыт аич? Орь дакэ ай сэ фий депортат сау кондамнат ла мункэ силникэ, о сэ-ць фие оаре май рэу декыт ын салонул; ачеста? Кред кэ н’о сэ-ць фие май прост… Де че сэ те темь?

Кувинтеле ачестя авурэ, пробабил, ун ефект калмант асупра луй Иван Дмитрич. Ел се ашезэ лиништит пе пат.

Ера ора чинч сара, тимпул кынд де обичей Андрей Ефимыч се плимба прин одэиле сале ши Дарюшка ыл ынтреба дакэ ну е время сэ-шь я беря. Афарэ ера ун чер лиништит ши сенин.

— Ам ешит сэ мэ плимб пуцин дупэ масэ ши уйте, мэ веэь, ам венит сэ-ць фак о визитэ,— спусе докторул. — Е примэварэ.

— Че лунэ е? Мартие? — ынтребэ Иван Дмитрич.

— Да, сфыршитул луй мартие.

— Е норой?

— Ну, ну пря. Сынт кэрэруй ын грэдинэ.

— Ар фи бунэ акума о плимбаре ундева, ын афара орашулуй,—зисе Иваи Дмитрич, штергынду-шь окий ыирошиць, де паркэ абя се трезисе,— ши сэ те ынторчь акасэ, ынтр’ун кабинет калд ши комод ши… сэ те тратезь де мигренэ ла ун доктор кумсекаде… Демулт н’ам май трэит оменеште! Кэ е о мизерие аич! О мизерие де несуферит!

Дупэ дискуция тулбурэтоаре дин ажун се симця обосит ши слаб, ворбя фэрэ пря мултэ плэчере. Ый тремурау деӂетеле ши се путя ведя пе фаца луй кэ аре ниште дурерь де кап гроазниче.

— Ну е нич о деосебире ынтре ун кабинет калд ши салонул ачеста,— спусе Андрей Ефимыч. — Екилибрул суфлетеск ши мулцэмиря омулуй ну сынт ын афара луй, чи ын ел ынсушь.

— Кум адикэ?

— Ун ом де рынд аштяптэ рэул сау бинеле дин афа­рэ, адикэ де ла трэсурэ ши кабинет; куӂетэторул ле аш­тяптэ дин интериорул проприулуй «еу».

— Ар фи бине сэ те дучь ши сэ проповэдуешть филозофия ачаста ын Гречия, унде е калд ши мироасе а мирт; аич ну кореспунде клима. Ку чине ам ворбит еу деспре Диоӂене? Ку думнята, поате?

— Да, ку мине. Ерь.

— Диоӂене н’авя невое де кабинет сау де о ынкэпере ынкэлзитэ. Ера дестул де калд аколо ши фэрэ еле. Стай толэнит ын бутой ши ындоапэ портокале ши мэс­лине! Де й-ар фи фост ынсэ соарта сэ трэяскэ ын Русия, апой ну ын дечембрие, чи кяр ын май ар фи бэтут ла уша куйва. Кэ ар фи скос мулте куе фригул динтр’ынсул!

— Ну. Фригул, ка ши, де алтфел, орьче алтэ дурере, поць сэ ну-л симць. Марк Аурелиу а эис: «Дуреря есте ынкипуиря вие а дурерий: фэ ун ефорт де воинцэ ка сэ скимбь ачастэ ынкипуире, арунк-о дин кап, ынчетязэ сэ те май плынӂь, ши дуреря ва диспаре». Ши а авут дрептате. Ынцелептул сау ун ом каре куӂетэ, се деосебеште де чейлалць прин фаптул кэ диспрецуеште суферинца; е мулцэмит ынтотдяуна ши ну-л поате улуи нимик.

— Резултэ кэ еу сынт ун идиот, ынтрукыт суфэр, сынт немулцэмит ши мэ улуеште жосничия уманэ!

— Ба ну, н’ай дрептате. Дакэ те-ай гынди май дес ла ачест лукру, ць-ай да сама кыт де неынсемнате сынт тоа­те челе екстериоаре че те тулбурэ. Требуе сэ тинзь спре ынцелеӂеря веций, кэч ын ынцелеӂеря ачаста е адевэрата феричире.

— Ынцелеӂере…—се стрымбэ Иван Дмитрич.— Интернэ, екстернэ… скузэ-мэ, те рог, дар ну ынцелег ачест лукру. Еу штиу нумай атыт,— зисе ел, ридикынду-се ын пичоаре ши привинду-л пе доктор ку мултэ супэраре,— еу штиу нумай кэ думнезеу м’а креат ку сынӂе калд ши нервь, да! Яр цесутуриле органиче, дакэ май сынт вий, требуе сэ реакционезе ла орьче фактор екстерн. Ши еу реакционез. Кынд ам о дурере, стриг ши плынг; кынд вэд о жосничие, мэ мыний; кынд е о тикэлошие ла мижлок, мэ купринде дезгустул. Дупэ мине, лукрул ачеста се ши нумеште вяцэ. Ку кыт е май примитив организмул, ку атыт е май пуцин сенсибил ши ку атыт май слаб реакционязэ ла факторий екстернь; ку атыт е май перфект, ку атыт е май перчептибил ши ку атыт май енерӂик реакционязэ ла реалитатя ынконжурэтоаре. Кум поць сэ ну штий асеменя лукру? Ешть доктор ши сэ ну штий ун астфел де фляк. Ка сэ диспрецуешть суферинца, сэ фий ын­тотдяуна мулцэмит ши сэ ну те поатэ мира нимик, тре­буе сэ ажунӂь ын ситуация луй,— ши Иван Дмитрич арэтэ спре цэранул обез де алэтурь,— сау сэ те кэлешть ын суферинцэ пынэ ынтр’атыта, ка сэ перзь орьче сенсибилитате, ку алте кувинте — сэ ынчетезь де а май трэи.

Скузэ-мэ, те рог, дар ну сынт нич ынцелепт ши нич филозоф,— континуэ Иван Дмитрич иритат,— ши ну ынцелег нимик дин тоате лукруриле ачестя. Еу ну сынт ын путере сэ куӂет.

— Димпотривэ, думнята ращионезь фоарте лоӂик.

— Стоичий пе каре ый пародиезь думнята ерау ниш­те оамень ексчеленць, дар ынвэцэтура лор с’а петрифи­кат вре-о доуэ мий де ань ын урмэ ши н’а авансат ку нич ун пас; ши нич ну ва аванса, пентру кэ ну е практикэ ши н’аре дрепт ла вяцэ. С’а букурат де сукчес ын рындуриле уней мичь миноритэць, че-шь петрече вяца ын сту­дий ши дегустэрь а тот фелул де штиинце; мажоритатя ну поате с’о ынцелягэ. Ынвэцэтура че проповэдуеште индиференца фацэ де богэцие, фацэ де комодитэциле веций, диспрецул фацэ де суферинцэ ши моарте ну е пе ынцелесул абсолутей мажоритэць, деоарече мажоритатя ачаста н’а штиут нич богэция, нич букурииле веций; пен­тру ей а диспрецуи суферинца ар ынсемна сэ диспрецуешть вяца, кэч екзистенца ачестор оамень констэ дин сензаций де фоаме, фриг, жигнирь, пердерь ши о спаймэ хамлетианэ ын фаца морций. Ын сензацииле ачестя е тоатэ вяца лор: поць сэ те симць рэу ын ачастэ вяцэ, поць с’о урэшть, дар ну с’о диспрецуешть. Да, репет, ынвэцэ­тура стоичилор ну поате авя нич одатэ виитор; прогресязэ, ын скимб, де ла ынчепутул вякулуй ши пынэ азь, дупэ кум поць ведя, лупта, сенсибилитатя ын фаца суферинцелор, факултатя де а реакциона ла факторий екстернь…

Иван Дмитрич перду пе неаштептате фирул гындулуй, се потикни ши ынчепу сэ-шь фрече фрунтя а пэрере де рэу.

— Воям сэ спун чева фоарте импортант, дар м’ам ынкуркат,— зиче ел. — Че воям сэ спун? Да, ятэ че воям сэ спун: ун стоик с’а выйдут склав, ка сэ-л поатэ рэскумпэра дин склавие пе апроапеле сэу. Везь, лукрул ачеста ынсямнэ кэ ши стоикул реакциона ла факторий екстернь: пентру а сэвырши ун асеменя акт де мэринимие, кум е проприя диструӂере де драгул апроапелуй, е невое де ун суфлет компэтимитор ши плин де револтэ. Ам уйтат ын ынкисоаря ачаста тот че ам ынвэцат, алтфел мь-аш адуче аминте де кыте чева. Орь сэ ворбим деспре Христос. Христос реакциона ла реалитате плынгынд, зымбинд, ынтристынду-се, револтынду-се орь кяр тынжинд; ел ну с’а дус ын ынтымпинаря суферинцелор ку зымбетул пе бузе ши ну диспрецуя моартя, чи с’а ынкинат ын грэдина Гетсимани, ка сэ трякэ де ла ел пахарул ачеста.

Иван Дмитрич рысе ши се лэсэ пе пат.

— Сэ адмитем кэ лиништя ши букурия омулуй ну сынт ын афара луй, чи ын ел ынсушь,—зисе ел.—Сэ ад­митем кэ требуе сэ диспрецуим суферинцеле ши сэ ну не минунэм де нимик. Дар ку че дрепт проповэдуешть думпята ачестя? Ешть ынцелепт? Сау филозоф?

— Ну, ну сынт филозоф, дар фиече ом требуе сэ проповэдуяскэ ачастэ филозофие, пентру кэ е рационалэ.

Ну, еу вряу сэ штиу де че те консидерь думнята компетент ын че привеште ынцелеӂеря суферинцелор, диспрецул фацэ де еле ши тоате челелалте? Ай суферит кындва? Штий думнята че ынсямнэ суферинца? Дэ-мь вое: ын копилэрие ай мынкат бэтае?

— Ну, пэринций мей симцяу ун профунд дезгуст фацэ де педепселе корпорале.

— Дар пе мине тата мэ бэтя ку мултэ крузиме. Татэл меу ера ун функционар аспру ши хемороидал, ку ун пас лунг ши гытул галбен. Дар сэ ворбим деспре дум­нята. Тоатэ вяца думитале ну те-а атинс нимень нич ку ун деӂет, ну те-а бэгат нимень ын спериець ши нич ну те-а бэтут; ешть войник ка ун таур. Ай крескут суб арипа татэлуй ши ай студият пе контул луй, пе урмэ ай пус мына пе ачастэ синекурэ. Ай локуит май мулт де доуэзечь де ань ынтр’ун апартамент гратуит, ку ынкэлзире, илуминаре, ку слугэ ши ку дрептул де а лукра пынэ-ць ешь дин пеле, сау сэ ну фачь абсолут нимик. Натура те-а фэкут ун ом ленеш, липсит де енерӂие, ши дин кауза аста те-ай стэруит сэ-ць аранжезь вяца ын аша фел ка сэ ну те супере нимик ши нимик сэ ну те миште. Ай предат требуриле спиталулуй фелчерулуй ши челорлалць тикэлошь, яр думнята стай ла кэлдурэ ши линиште, стрынӂь бань, читешть кэрць, те делектезь ку тот фелул де куӂетэрь пе марӂиня а тот фелул де флякурь трансченденте ши (Иван Дмитрич се уйтэ ку ынцелесла насул рошу ал докторулуй) ку бэутура. Ынтр’ун кувынт, н’ай вэзут вяца, н’о куношть абсолут де лок, реалитатя о штий нумай дин теорие. Ши диспрецуешть суферинцеле ши ну те мирь де нимик динтр’о фоарте симплэ причинэ: дешертэчуня дешертэчунилор, диспрецул интерн сау екстерн фацэ де вяцэ, фацэ де суферинцэ ши моарте, адевэрата делектаре — тоатэ филозофия ачаста е чя май потривитэ пентру руший трындавь. Везь думнята, де екземплу, кум ун цэран ышь бате неваста. Де че сэ-й ей апэраря? Н’аре декыт с’о батэ, тот уна май девреме сау май тырзиу ау сэ моарэ амындой; яр чел каре бате ну-л жигнеште ку ловитуриле пе чел бэтут, чи пе сине ынсушь. Е о простие сэ бей, ну е морал, дар да­кэ бей морь, дакэ ну бей — тот уна морь! Вине о муере, зиче кэ о дор динций… Ей ши че? Дуреря е нумай о ынкипуире а дурерий, ши фэрэ дурерь нич ну се поате трэи пе лумя аста, тоць сынтем муриторь; респектив — карэ-те муере де аич, ну мэ деранжа сэ куӂет ши сэ бяу ракиу. Ынтрябэ ун тынэр че сэ факэ, кум сэ трэяскэ; алтул с’ар гынди пуцин ынаинте де а рэспунде, думнята ай рэспунсул гата: тинде спре ынцелеӂеря веций ши спре адевэрата делектаре. Дар че е ачаста фантастикэ «адевэратэ делектаре»? Ну екзистэ, се ынцелеӂе, нич ун фел де рэспунс. Сынтем цинуць аич, ын спателе гратиилор, ымпиншь спре путрефакцие, сынтем бэтуць, дар лукрул ачеста е минунат ши рационал, пентру кэ ну есте нич о деосебире ынтре салонул ачеста ши ун кабинет калд ши конфортабил. Комодэ филозофие: ну фачь ни­мик, ай конштиинца куратэ, ба те май симць ши ынцелепт… Ну, домнуле, ну е филозофие ачаста, ну е рациуне, ну е лэрӂиме а ведерилор, чи лене, простие де ом сомнорос, пангликэрие… Да! — се супэрэ яр Иван Дми­трич.— Диспрецуешть суферинца, дар я сэ-ць стрынгэ чинева деӂетул ку уша ши ай сэ урли кыт те цин божочий!

— Поате н’ам сэ урлу,— зисе Андрей Ефимыч, зымбинд блажин.

— Ба бине кэ ну! Дар ятэ, де те-ар пэли дамблауа сау, сэ адмитем, ун идиот образник те-ар жигни публик, абузынд де путеря ши постул че-л окупэ, ши май алес дакэ ай шти кэ лукрул ачеста о сэ рэмынэ непедепсит, ей, атунч ай ынцелеӂе ши думнята че ынсям­нэ сэ-й ындопь пе алций ку ынцелеӂеря веций ши аде­вэрата делектаре!

— Е ориӂинал че спуй,— зисе Андрей Ефимыч, рызынд ши фрекынду-шь палмеле де мулцэмире.— М’а импресионат ын мод плэкут причеперя думитале де а ӂенерализа, яр карактеристика че мь-ай фэкут-о е пур ши симплу стрэлучитэ! Требуе сэ рекуноск кэ ачастэ дискуцие мь-а продус о плэчере колосалэ. Ей, еу те-ам аскултат, акум фий дрэгуц сэ мэ аскулць ши пе мине…

Дискуция ачаста а май континуат вре-о орэ ши пе семне а продус асупра луй Андрей Ефимыч о импресие адынкэ. Ел а ынчепут сэ визитезе салонул зилник. Се дучя ынтр’аколо ши диминяца, ши дупэ амязэ, ши десeорь ынтунерикул серилор ыл сурприндя ворбинд ку Иван Дмитрич. Ла ынчепут Иван Дмитрич се кам феря де дынсул, ыл суспекта де интенций реле ши ый спуня лукрул ачеста ку мултэ синчеритате; апой с’а обишнуит ку дынсул ши ворба бруталэ, репезитэ а скимбат-о пе о атитудине иронико-кондесчендентэ.

Курынд а принс сэ колинде спиталул звонул кэ док­торул Андрей Ефимыч визитязэ салонул № 6. Нимень, нич фелчерул, нич Никита, нич сурориле ну путяу ынцелеӂе че каутэ ел аколо, де че стэ аколо часурь ынтреӂь, че ворбеште ши де че ну скрие нич ун фел де рецете. Тоате ачестя пэряу чудате. Михаил Аверьяныч ну-л гэся акасэ десеорь, лукру че ну се ынтымпла нич одатэ ынаинте, ши Дарюшка ера фоарте аларматэ кэ докторул ну-шь луа беря ла оре пречисе ши кэ унеорь кяр ынтырзия ла масэ.

Одатэ, пе ла сфыршитул луй юние, докторул Хобо­тов вени ла Андрен Ефимыч ку о трябэ; ну-л гэси акасэ ши еши ын куртя спиталулуй сэ-л кауте; и се спусе кэ бэтрынул доктор е ла алиенаць. Ынтрынд ын ачест павилион ал спиталулуй ши опринду-се ын тиндэ, Хобо­тов аузи ачастэ дискуцие:

— Н’о сэ гэсим лимбэ комунэ нич одатэ ши н’ай сэ реушешть сэ мэ конвертешть ынтру крединца думитале,— ворбя Иван Дмитрич енерват.— Реалитатя н’о куношть де лок ши н’ай суферит нич одатэ, чи те-ай хрэнит ынтотдяуна, ка о липитоаре, пе лынгэ суферинце стрэине; еу ам суферит ынтотдяуна, де ла наштере ши пынэ азь. Деачея ьць спун ку тоатэ синчеритатя: мэ сокот май сус ку о тряптэ фацэ де думнята ши май компетент ын тоате привинцеле. Думнята н’ай че сэ мэ ынвець.

— Еу н’ам нич ун фел де претенций сэ те конвертеск,— рэспунсе Андрей Ефимыч лиништит, дар ку мул­тэ пэрере де рэу кэ ну поате сэ се факэ ынцелес.— Ши ла урма урмей, ну ачаста е принчипалул, приетене. Принчипалул ну е кэ думнята ай суферит, яр еу ну. Су­феринцеле ши букурииле сынт трекэтоаре; сэ ле лэсэм ын паче, думнезеу ку еле. Принчипалул е кэ амындой куӂетэм; ведем унул ын алтул ниште оамень ын мэсурэ сэ куӂете ши сэ рационезе, ши лукрул ачеста не фаче солидарь, орькыт де фелурите ар фи пунктеле ноастре де ведере. Дакэ ай шти, приетене, кыт де таре м’ам сэтурат де ачастэ деменцэ ӂенералэ, липсэ де талент, тымпение ши ку кытэ букурие стау де ворбэ ку думнята! Ешть ун ом интелиӂент ши мэ букурэ неспус лукрул ачеста.

Хоботов крэпэ уша ши се уйтэ ын салон: Иван Дми­трич, ку тикия пе кап, ши докторул Андрей Ефимыч шедяу алэтурь пе аштернутул болнавулуй. Небунул се стрымба, тремура ши се ынфэшура ку ынфригураре ын халат, яр докторул шедя немишкат, ку капул ын пепт, яр пе фаца луй рошие се аштернусе експресия уней тристе непутинце. Хоботов ридикэ дин умерь, рысе ироник ши се уйтэ ла Никита. Никита стрынсе ши ел дин умерь.

А доуа зи Хоботов вени ын салон ымпреунэ ку фелчерул. Рэмасерэ амындой ын тиндэ ка сэ аскулте.

— Да, се веде кэ с’а цикнит де тот бэтрынул кос­тру,— зисе Хоботов, пэрэсинд павилионул.

— Доамне, апэрэ-не пе ной, пэкэтоший!— офтэ евлавиосул Сергей Сергеич, околинд ку атенцие бэлтоачеле, ка сэ ну-шь мурдэряскэ чизмеле луструите лунэ.— Требуе сэ рекуноск, стимате Евгений Фьодорыч, мэ аштептам демулт ла аша чева!

XII

Дупэ ынтымпларя ачаста Андрей Ефимыч ынчепу сэ обсерве ын журул сэу о атмосферэ де мистер. Персоналул, сурориле ши болнавий, дакэ-л ынтылняу, се уйтау ынтребэтор ла дынсул, апой приндяу сэ шушотяскэ. Фетица Маша, фийка интендентулуй, пе каре-й плэчя ын­тотдяуна с’о ынтылняскэ ын грэдина спиталулуй, фуӂя де дынсул, кынд ел, зымбитор, се апропия де еа ка с’о мынгые пе кап. Шефул поштелор Михаил Аверьяныч, аскултынду-л, ну май спуня: «Абсолут жуст», чи бомбэня ынтр’о неынцелясэ тулбураре: «Да, да, да…» ши привя ла дынсул гындитор ши трист; нештиут де че, ынчепу сэ-шь сфэтуяскэ приетенул сэ се ласе де бере ши ракиу, дар ка ом бине едукат ну-й спуня лукрул ачеста директ, чи прин алузий; повестя фие де-ун командант де баталион, ом фоарте кумсекаде, фие де ун преот де реӂимент, бэят де трябэ, каре с’ау ымболнэвит де пе урма бэутурий, дар, лэсынду-се де еа, с’ау ынсэнэтошит ком­плект. Де вре-о доуэ-трей орь л-а визитат пе Андрей Ефимыч ши колегул Хоботов; ши ел ыл сфэтуя сэ ласе бэутуриле спиртоасе ши фэрэ нич ун мотив плаузибил ый рекоманда сэ бя пикэтурь ку бром.

Ын аугуст Андрей Ефимыч прими де ла примарул орашулуй о скрисоаре, прин каре ачеста ыл руга сэ винэ ла примэрие пентру о кестие фоарте импортантэ. Венинд ла ора фиксатэ, Андрей Ефимыч гэси аколо пе шефул гарнизоаней, инспекторул де стат ал ӂимназиулуй жудецан, пе мембрий муничипалитэций, пе Хоботов ши ынкэ пе-ун домн блонд ши плин, каре-й фу презентат дрепт доктор. Докторул ачеста, ку фамилие полонезэ греу де пронунцат, локуя ла вре-о трейзечь де версте де ораш, ла ун депозит де армэсарь, ши се афла акума ын трече­ре прин ораш.

— Авем аич о черере каре вэ привеште,— и се адресэ луй Андрей Ефимыч ун мембру ал муничипалитэций дупэ че се салутасерэ тоць ши луарэ лок ла масэ,— Евгений Фьодорыч зиче кэ е кам стрымт ын фармачия дин корпул принчипал ши кэ ар фи бине сэ фие мутатз ундева ынтр’ун павилион ал спиталулуй. Ну-й нимик страшник, фармачия се поате мута, дар принчипалул е кэ павилионул аре невое де репараций.

— Да, фэрэ репараций н’о сэ ясэ нимик,— зисе Ан­дрей Ефимыч, дупэ че се гынди пуцин.— Дакэ ар фи, де-о ворбэ, сэ репарэм павилионул дин колц ши сэ мутэм фармачия аколо, лукрул ачеста ар путя коста ми­нимум чинч суте де рубле. Келтуялэ непревэзутэ.

Тэкурэ ку тоций.

— Ам авут оноаря сэ рапортез ынкэ зече ань ын ур­мэ,— континуэ Андрей Ефимыч ку глас скэзут,— кэ спи­талул ачеста, аша кум есте акум, е ун лукс пентру ораш, ун лукс непермис. С’а конструит прин аний патрузечь, дар пе атунч ерау алте посибилитэць. Орашул келтуеште пря мулт пентру клэдирь нетребуинчоасе ши салариаць де каре ну е невое. Кред кэ дин ачешть бань, дакэ ар фи алта ординя, с’ар путя ынтрецине доуэ спитале модел.

— Хай атунч сэ ынтродучем алтэ ордине! — фэку ку виоичуне мембрул муничипалитэций.

— Ам авут оноаря сэ рапортез: окротиря сэнэтэций трече-ць-о ын сфера де активитате а земствей.

— Да, дэ-й земствей баний, ши о сэ-й штерпеляскэ тоць,— рысе докторул блонд.

— Дупэ кум е ши обичеюл,— кэзу де акорд мембрул муничипалитэций, пуфнинд ши ел.

Андрей Ефимыч приви ленеш ши посоморыт ла док­торул блонд ши зисе:

— Требуе сэ фим екитабиль.

Тэкурэ ярэш ку тоций. Се дэду чай. Шефул гарнизоаней, фоарте тулбурат, се ынтинсе песте масэ ка сэ-л атингэ пе Андрей Ефимыч де мынэ:

— Не-ай уйтат ку тотул, докторе. Де алтфел, ешть ка ун сихастру: нич кэрць ну жочь, нич фемеиле ну-ць плак. Те пликтисеште сочиетатя ноастрэ.

Ынчепурэ ку тоций сэ ворбяскэ кыт де пликтикос е пентру ун ом кумсекаде сэ локуяскэ ын тыргул ачеста. Нич театру, нич музикэ, яр ла ултима сератэ дансантэ ау венит ла клуб вре-о доуэзечь де даме ши нумай дой кавалерь. Тинеретул ну дансязэ, се ынгесуе тоатэ вре­мя лынгэ буфет сау жоакэ ла кэрць. Андрей Ефимыч, фэрэ сэ се уйте ла нимень, ынчепу сэ ворбяскэ рар ши лиништит кэ е трист, е фоарте трист пентру орэшень сэ-шь пярдэ енерӂия, инима ши рациуня ла маса де кэрць сау ын вешниче бырфель, кэ ну штиу сэ-шь петрякэ время ын дискуций интересанте сау лектурэ ши ну вор сэ се букуре де плэчеря че-о поате да гындиря. Ну­май рациуня е интересантэ ши демнэ де луат ын консидерацие. Тоате челелалте сынт мэрунцишурь ши жосничие. Хоботов ышь аскултэ ку мултэ атенцие колегул ши-л ынтребэ де одатэ:

— Андрей Ефимыч, че датэ авем астэзь?

Приминд рэспунсул, атыт ел, кыт ши докторул блонд ынчепурэ сэ-л ынтребе пе Андрей Ефимыч, ку ун тон де екзаминаторь оарекум стынжениць, че зи е астэзь, кыте зиле сынт ынтр’ун ан ши че пророк минунат се афлэ ын салонул № 6.

Ка рэспунс ла ултима ынтребаре Андрей Ефимыч роши ши зисе:

— Да, е болнав, дар е ун тынэр фоарте интересант.

Май мулт ну и с’а пус нич о ынтребаре.

Кынд ымбрэкау палтоанеле ын антреу, шефул гарнизоаней ый пусе мына пе умэр ши зисе офтынд:

— Да, е время пентру ной, бэтрыний, сэ тречем ла одихнэ!

Ешинд де ла примэрие, Андрей Ефимыч ышь дэду

сама кэ фусесе адус ын фаца уней комисий, нумите пен­тру верификаря факултэцилор сале минтале. Ышь аминти ынтребэриле че и се пусесерэ, роши ши, пентру прима датэ ын вяцэ, и се фэку милэ, о милэ амарэ де медичина аста.

«Думнезеуле,— се гындя ел, аминтинду-шь кэ адиняорь фусесе екзаминат де докторь,— доар де курынд ау аскултат курсул де психиатрие, ау дат екзамене, де унде игноранца ачаста абсолутэ? Хабар н’ау де пси­хиатрие!»

Ши прима датэ ын вяцэ се симци ши жигнит, ши фуриос.

Ын ачеяш сарэ ыл визита Михаил Аверьяныч. Фэрэ сэ-л салуте, шефул поштелор се апропие де дынсул, ыл апукэ де амындоуэ мыниле ши-й спусе ку глас тулбурат:

— Драгул меу, приетене! Аратэ кэ ай ынкредере ын синчеритатя атитудиний меле фацэ де думнята ши мэ консидерь приетен… Приетен! — Ши, нелэсынду-л сэ ворбяскэ, континуэ тулбурат: — Те юбеск пентру кэ ешть ынвэцат ши пентру кэ ай ун суфлет нобил. Аскултэ-мэ, драгул меу. Леӂиле штиинцей ый облигэ пе докторь сэ аскундэ де ной адевэрул, дар мие ымь плаче сэ ворбеск верде ын окь, милитэреште: ну ешть сэнэтос. Яртэ-мэ, драгул меу, дар е адевэрат; лукрул ачеста л-ау обсерват демулт чей дин апропиеря думитале. Докторул Евге­ний Фьодорыч мь-а спус кэ пентру сэнэтатя думитале е абсолут нечесар сэ те одихнешть ши сэ те дистрезь. Абсолут жуст! Ексчелент! Зилеле ачестя ымь яу кончедиу ши плек сэ май мирос алт аер. Аратэ кэ-мь ешть приетен, хай сэ плекэм ымпреунэ! Сэ плекэм, сэ не май аминтим де тинереце!

— Мэ симт перфект сэнэтос,— зисе Андрей Ефимыч, дупэ о скуртэ паузэ. — Ну пот сэ плек. Пермите-мь сэ доведеск алтфел кумва приетения че ць-о порт.

Сэ плече ундева нештиут де че, фэрэ кэрць, фэрэ Дарюшка, фэрэ бере, сэ скимбе аша де одатэ фелул луй де вяцэ, стабилит де песте доуэзечь де ань, идея ачаста и се пэру сэлбатикэ ши фантастикэ. Дар ышь аминти дискуция де ла примэрие, диспозиция гря че-л ынчеркасе кынд се ынторчя акасэ, ши гындул сэ пэрэсяскэ пе о скуртэ време орашул, унде проштий ыл консидерэ небун, ый сурысе.

— Ши ынкотро ай де гынд сэ плечь?— ынтребэ ел.

— Ла Москова, ла Петербург, ла Варшовия… Ла Варшовия ам петрекут чинч динтре чей май феричиць ань ай веций меле! Че ораш необишнуит! Мерӂем, драгул меу.

XIII

Песте о сэптэмынэ луй Андрей Ефимыч и се пропусе сэ се одихняскэ, адикэ сэ-шь дя демисия; ел прими ловитура ачаста ку индиференцэ, яр песте о алтэ сэптэмынэ се ындрепта ку Михаил Аверьяныч ынтр’о каретэ де поштэ спре чя май апропиятэ стацие де кале фератэ. Ерау ниште зиле рэкороасе, сенине, ку чер албастру ши депэртэрь стрэвезий. Ау фэкут челе доуэ суте де версте пынэ ла стацие ын доуэ зиле, ши де доуэ орь ау ынноптат ын друм. Ла стацииле де поштэ, кынд се нимеряу па­харе прост спэлате сау се пердя пря мултэ време ку ынхэматул каилор, Михаил Аверьяныч се фэчя стакожиу, тремура дин тот трупул ши стрига: «Сэ тачь дин гурэ! Нич ун фел де ворбе!» Ын каретэ ну ынчета нич о клипэ сэ повестяскэ де кэлэторииле сале ын Кауказ сау прин Полония. Кыте авентурь, че ынтылнирь! Ворбя таре ши фэчя ниште окь атыт де мираць, ынкыт путяй креде кэ минте. Ын афарэ де ачаста, кынд повестя, духня дрепт ын фаца луй Андрей Ефимыч ши-й рыдя ын уреке. Лук­рул ачеста ыл жена пе доктор, ымпедикынду-л сэ се кончентрезе ши сэ медитезе.

Пентру а економиси, ау кэлэторит ын класа а трея, ынтр’ун вагон пентру нефумэторь. Жумэтате дин пасаӂерь ерау де луме бунэ. Михаил Аверьяныч фэку курынд куноштинцэ ку тоць кэлэторий ши, трекынд де ла о банкэ ла алта, ворбя таре кэ ну требуе сэ кэлэторешть пе асемемя друмурь тикэлоасе. Нумай фуртишаг песте тот! Ку тотул алтчева кынд ымбли кэларе: фачь о сутэ де версте пе зи ши те симць апой проаспэт ши сэнэтос. Ши реколтеле ноастре сынт проасте, пентру кэ ау фост секате бэлциле Пинскулуй. Ши ын ӂенерал, е о дезордине страшникэ. Се ынфербынта, ворбя ку глас таре ши-й ымпедика пе алций сэ спунэ мэкар ун кувынт. Ачастэ ворбэрае несфыршитэ, аместекатэ ку хохоте де рыс ши ӂестурь експресиве, л-а обосит пе Андрей Ефи­мыч.

«Чине е небунул динтре ной дой? — се гынди ел ку амэрэчуне.— Еу, каре мэ стэруй сэ ну женез ку нимик пасаӂерий, сау ачест егоист, каре-шь ынкипуе кэ е чел май дештепт ши интересант динтре тоць ши дин ачастэ каузэ ну ласэ ын паче пе нимень?».

Михаил Аверьяныч шь-а ымбрэкат ла Москова векя униформа милитарэ фэрэ еполець ши панталоний ку випушкэ рошие. Пе страдэ ымбла ку кипиу ши манта, яр солдаций ыл салутау. Луй Андрей Ефимыч и се пэря акум кэ омул ачеста иросисе дин боерия луй че-о авусесе пе времурь тоате калитэциле буне, ка сэ-шь опряскэ нумай челе реле. Ый плэчя сэ фие сервит кяр кынд ну авя невое. Кибритуриле стэтяу ын фаца луй пе масэ ши ел ле ведя, дар стрига омул ка сэ-й дя кибритурь; ну се жена де лок сэ се плимбе ын албитурь ын презенца фемеий де сервич, тутурор лакеилор, кяр ши бэтрынилор, ле спуня «ту» ши, дакэ се супэра кумва, ый нумя простэначь ши добиточь. Пуртаря ачаста, дупэ кум и се пэря луй Андрей Ефимыч, авя мулт боереск ын еа, дар ера таре урытэ.

Ынаинте де тоате, Михаил Аверьяныч ышь кондусе приетенул ла мэнэстиря Иверская. Се ынкинэ ку патимэ, ку мэтэний ши лакримь, яр кынд терминэ тоате ачес­тя, офтэ адынк ши спусе:

— Кяр де ну ешть крединчос, тот уна те симць май лиништит дупэ ругэчуне. Ынкинэ-те, скумпуле!

Андрей Ефимыч се фыстычи ши се ынклинэ сэ сэруте икоана; Михаил Аверьяныч ынтинсе бузеле ши, клэтинынд дин кап, ынчепу сэ шоптяскэ ругэчунь ши яр ый апэрурэ лакримь ын окь. Апой с’ау ындрептат спре Кремлин, с’ау уйтат, ба кяр ау атинс ку деӂетеле тунул-цар ши клопотул-цар; ау привит ынделунг ла пейзажул Замоскворечией, с’ау ындрептат спре бисерика Мынтуиторулуй ши музеул Румянцев.

Ау луат прынзул ла Тестов. Михаил Аверьяныч а екзаминат мултэ време листа де букате ши, мынгыинду-шь фавориций, а зис ку тонул унуй гурманд, обишнуит сэ се симтэ ын рестауранте ка ла ел акасэ:

— Сэ ведем, ынӂерашуле, ку че ай сэ не хрэнешть азь?

XIV

Докторул се плимба, кэска гура ла тоате челе, луа маса, бя, дар ну-л пэрэся нич о клипэ неказул пе Ми­хаил Аверьяныч. Ар фи врут сэ се май одихняскэ, сэ плече де ла ел, сэ се аскундэ, ынсэ приетенул консидера ка о даторие а са сэ ну се ындепэртезе ку нич ун пас ши сэ-л дистрезе кыт май мулт. Кынд ну май рэмыня нимик де контемплат, ыл дистра ку тот фелул де дискуций. Андрей Ефимыч а рэбдат тоате ачестя доуэ зи­ле, дар ын чя де а трея ый декларэ приетенулуй кэ-й болнав ши вря сэ рэмынэ акасэ пентру тоатэ зиуа. Приетенул спусе кэ ын ачест каз ну ва плека нич ел никэерь. Ынтр’адевэр, ар требуй сэ се май одихняскэ пуцин, кэ ну-л май цин пичоареле. Андрей Ефимыч ста лунӂит пе диван ку фаца ла перете ши, ынклештынду-шь дик­ций, ышь тот аскулта приетенул че воя ку орьче прец сэ-л конвингэ кэ Ӂермания ва фи диструсэ де Франца, кэ ла Москова сынт фоарте мулць ескрочь ши кэ дупэ екстериорул каилор е фоарте греу сэ гичешть калитэциле лор. Докторул ынчепу сэ симтэ ун фел де згомоте ын урекь ши палпитаций, дар ну се путя хотэры дин деликатеце сэ-шь роаӂе приетенул ка ачеста сэ плече сау сэ такэ дин гурэ. Дин феричире, ши Михаил Аверья­ныч се пликтиси сэ май стя ын камерэ ши дупэ прынз еши сэ се плимбе.

Рэмынынд сингур, Андрей Ефимыч се лэсэ купринс де плэчеря одихней. Кыт де плэкут е сэ стай немишкат пе диван ши сэ штий кэ те афли сингур ын одае! Адевэрата феричире е ку непутинцэ фэрэ сингурэтате. Ынӂерул кэзут с’а лепэдат де думнезеу, пентру кэ нэзуя, проба­бил, ла сингурэтатя че н’о штияу ынӂерий. Андрей Ефи­мыч воя сэ се гындяскэ нумай ла чея че вэзусе ши аузисе ын ултимеле зиле, дар Михаил Аверьяныч ну-й пу­тя еши дин кап.

«Ши тотуш, шь-а луат кончедиу ши а плекат ку мине дин приетение ши мэринимие,— се гындя ку чудэ док­торул.— Ну поате фи нимик май рэу декыт ачастэ тутелэ, изворытэ дин приетение. Кэ е доар ом бун, дупэ кыт и се паре, ши мэринимос, ши сочиабил, дар маре писэлог. Несуферит писэлог. Аша сынт оамений каре ворбеск ынтотдяуна нумай кувинте истеце ши буне, дар ый симць кэ сынт ниште тымпиць».

Ын зилеле урмэтоаре Андрей Ефимыч се декларэ болнав ши ну май пэрэси одая хотелулуй. Стэтя пе ди­ван ку фаца ла перете, кинуинду-се кынд приетенул ынчерка сэ-л дистрезе ши одихнинду-се кынд ачеста лип­ся. Ера супэрат пе сине пентру кэ плекасе, ера супэрат пе товарэшул че девеня ку фиече зи тот май флекар ши май фамилиар; ну реушя нич кум сэ-шь акордезе рациуня ла ун нивел супериор де гындире.

«Мэ коплешеште реалитатя, деспре каре ворбя Иван Дмитрич,— се гындя ел, супэрат пе фаптул кэ е атыт де мэрунт ла суфлет. — Ба ну, мофтурь… О сэ мэ ынторк акасэ ши тоате вор реынтра ын албия лор…».

Ши ла Петербург а дус ачеяш вяцэ: ну ешя зиле ынтреӂь дин хотел, стэтя кулкат ши се скула нумай ка сэ я о бере.

Михаил Аверьяныч ыл ындемна тот тимпул сэ плече ла Варшовия.

— Драгул меу, че сэ каут еу аколо?— зичя Андрей Ефимыч ку глас имплоратор.— Плякэ сингур ши дэ-мь вое сэ мэ ынторк акасэ! Те рог!

— Пентру нимик ын луме! — стрига Михаил Аверья­ныч. — Е ун ораш екстраординар. Ам петрекут аколо чинч динтре чей май феричиць ань ай мей!

Андрей Ефимыч ера пря слаб де ынӂер ка сэ поатэ инсиста ши а плекат ын челе дин урмэ ши ла Вар­шовия. Аич ну пэрэся хотелул, стэтя кулкат пе диван, се ынфурия пе сине, ле товарэш ши пе лакеий каре се ынкэпэцынау сэ ну ынцелягэ русеште; Михаил Аверьяныч, сэнэтос, войос ши жовиал, дупэ кум ый ера обичеюл, се плимба прин ораш де диминяцэ пынэ сарэ ын кэутаря векилор приетень. Кытева нопць н’а дормит акасэ. Дупэ уна дин ачесте нопць, петрекутэ ну се штие пе унде, се ынтоарсе акасэ ку зориле, песте мэсурэ де иритат, непептэнат ши рошу. Мэсурэ лунгэ време одая динтр’ун колц ын алтул, бомбэнинд, апой се опри бруск ши декларэ:

— Оноаря май пресус де орьче!

Се май плимбэ пуцин, ышь принсе капул ын мынь ши пронунцэ ку глас траӂик:

— Да, оноаря май пресус де орьче! Блестематэ фие клипа, кынд мь-а дат ын кап идея сэ вин ын ачастэ Варшовие, ын ачест Бабилон! Драгул меу,— се адре­са ел докторулуй,— мэ поць диспрецуи: ам пердут ла кэрць. Дэ-мь, те рог, чинч суте де рубле!

Андрей Ефимыч нумэрэ ын тэчере чинч суте де руб­ле ши и ле ынтинсе приетенулуй. Приетенул, стакожиу ынкэ де рушине ши мыние, пронунцэ ку глас неынцелес ун фел де журэмынт, ыншфэкэ кипиул ши еши дин камерэ. Ынторкынду-се песте вре-о доуэ оре, се трынти ын фотолиу, офтэ адынк ши зисе:

— Оноаря е салватэ! Сэ мерӂем, приетене! Ну вой сэ май рэмын нич о клипэ ын ачест ораш блестемат. Ескрочь! Спионь аустриечь!

Кынд с’ау ынторс товарэший ын орэшелул лор, ерач ноембрие ши пе стрэзь зэпадэ мултэ. Постул луй Андрей Ефимыч ыл окупасе докторул Хоботов; локуя ынкэ ла векя са газдэ, аштептынд ынтоарчеря луй Андрей Ефи­мыч, ка ачеста сэ се муте дин локуинца спиталулуй. Фемея урытэ, пе каре о дэдя дрепт букэтэрясэ, окупасе де акума унул дин павилиоане.

Орашул ера плин де ной бырфель че привяу спита­лул. Се ворбя кэ фемея урытэ с’ар фи чертат ку интендентул, яр ачеста с’а тырыт ын ӂенункь ын фаца ей, черынду-шь ертаре. Андрей Ефимыч се вэзу невоит сэ-шь кауте о локуинцэ ноуэ, кяр дин прима зи а ынтоарчерий.

— Приетене,— ыл ынтребэ сфиос шефул поштелор,— скузэ-мэ де индискрецие: де че мижлоаче диспуй?

Андрей Ефимыч ышь нумэрэ ын тэчере баний ши рэспунсе:

— Оптзечь ши шасе де рубле.

— Ну аста те-ам ынтребат,— роста Михаил Аверь­яныч, сфиинду-се кэ ну л-а ынцелес пе доктор. — Еу ынтреб де че мижлоаче диспуй ын ӂенерал?

— Ць-ам рэспунс: оптзечь ши шасе де рубле… май мулт н’ам нимик.

Михаил Аверьяныч ыл консидера пе доктор ун ом нобил ши чинстит, дар тотуш бэнуя кэ аре ун капитал де чел пуцин доуэзечь де мий. Акум ынсэ, афлынд кэ Андрей Ефимыч е ун чершетор, кэ ну аре нич дин че трэи, избукни, нештиут де че, ын хохоте де плынс, ымбрэцишынду-шь приетенул.

XV

Андрей Ефимыч с’а мутат ын каса ку трей ферестре а луй мадам Белова. Кэсуца авя трей камере ши о букэтэрие. Доуэ динтре еле, ку ӂямуриле ла страдэ, ле-а окупат докторул, ын чя де-а трея ши ын букэтэрие трэяу Дарюшка ши газда ку трей копий. Унеорь веня сэ ынноптезе ла стэпына касей амантул ей, ун мужик бециван, че фэчя скандал ши-й бэга ын спериець пе Дарюшка ши пе копий. Кынд веня ын букэтэрие ши черя сэ и се дя ракиу, каса девеня стрымтэ ши докторул луа

копиий ла дынсул, ый кулка пе поделе ши лукрул ачес­та ый фэчя о плэчере неспусэ.

Се скула ка ши май ынаинте ла ора опт ши, дупэ че-шь луа чаюл, се пуня пе читит векиле сале кэрць ши ревисте. Пентру кэрць ной ну авя бань. Орь кэ ерау векь кэрциле, орь пентру кэ скимбасе каса, лектура ну-л май сатисфэчя ка пе времурь ши ыл обося. Ка сэ ну пярдэ время де поманэ, лукра асупра унуй каталог де библиотекэ ши липя пе котоареле кэрцилор етикете; лукрул ачеста меканик ши мигэлос и се пэря май интересант декыт лектура. Монотония ши мигала ачестей преокупэрь ый лиништя ынтр’ун мод чудат гындуриле, ну се май гындя ла нимик ши тимпул тречя репеде. И се пэря интересант кяр сэ стя ла букэтэрие ку Дарюшка, сэ куреце картофь сау сэ алягэ боабеле де хришкэ. Сымбэта ши думиника се дучя ла бисерикэ. Стэтя лынгэ пе­рете, аскулта ку окий мижиць корул ши се гындя ла татэл сэу, ла мама, ла университате, ла сумедения де култе релиӂиоасе; се симця лиништит, трист ши, плекынд апой дин бисерикэ, ый пэря рэу кэ служба с’а терминат атыт де репеде.

Де доуэ орь с’а дус ла спитал ка сэ стя де ворбэ ку Иван Дмитрич. Дар де амбеле орь Иван Дмитрич с’а пуртат необишнуит де фуриос ши иритат; л-а ругат сэ-л ласе ын паче, пентру кэ демулт с’а сэтурат де флекэрялэ, ши зичя кэ ну чере де ла блестемаций де оамень декыт о сингурэ рэсплатэ пентру суферинце: сэ фие ынкис ын­тр’о челулэ. Оаре ши лукрул ачеста ый ва фи рефузат? Кынд Андрей Ефимыч шь-а луат рэмас бун де ла ел ши й-а урат ноапте бунэ, болнавул й-а рэспунс ку рэутате:

— Ду-те дракулуй!

Андрей Ефимыч ну штия че сэ факэ: сэ се май дукэ ши а трея оарэ сау ну. Ши таре вроя сэ се дукэ.

Май ынаинте Андрей Ефимыч ышь петречя дупэ амезиле плимбынду-се прин одэй ши медитынд; акум, де ла прынз ши пынэ ла чаюл де сарэ, стэтя лунӂит пе ди­ван, ку фаца ла перете, прадэ а тот фелул де гындурь мэрунте, де каре ну се путя дебараса. Се симця жигнит кэ ну и с’а дат пентру ун сервичиу де доуэзечь ши чева де ань нич пенсие ши нич мэкар ун ажутор. Че е дрепт, ну шь-а фэкут чинстит сервичиул, дар пенсие примеск тоць службаший, индиферент дакэ сынт чинстиць сау ну. Екитатя зилей де азь е карактеризатэ де фаптул кэ пенсииле, декорацииле ши рангуриле се акордэ ну ынклнэрилор ши калитэцилор морале, чи сервичиулуй, индиферент де калитатя луй. Де че требуе сэ фие ел о ексчепцие? Бань ну аре де лок. Ый ера рушине сэ трякэ пе лынгэ дугянэ ши сэ се уйте ла бэкэнясэ. Е датор пентру бере трейзечь ши доуэ де рубле. Ши газдей ый есте да­тор. Дарюшка винде пе аскунс хайне векь, кэрць ши мин­те газда кэ докторул ва прими ын курынд бань мулць.

Се мыния пе сине ынсушь кэ а келтуит пентру кэлэтория ачея мия де рубле че-о авя пусэ де-о парте. Че бине й-ар принде акум мия! Ый ера чудэ пе оамень кэ ну-л ласэ ын паче. Хоботов се симця датор сэ-шь визитезе дин кынд ын кынд колегул болнав. Андрей Ефимыч симця ун дезгуст адынк ла ведеря фецей луй рубиконде, ла аузул гласулуй рэутэчос орь кондесчендент, каре-й зичя «колега», ла вэзул чизмелор ыналте; чел май рэу лук­ру ера кэ Хоботов кредя кэ е де датория луй сэ-л тратезе пе Андрей Ефимыч ши ера конвинс де фаптул кэ-л тратязэ. Де фиекаре датэ кынд веня, адучя о стиклуцэ ку пикэтурь де бром ши пилуле де ревент.

Михаил Аверьяныч кредя ши ел кэ е датор сэ-шь визитезе приетенул ши сэ-л дистрезе. Де фиекаре датэ ынтра ла Андрей Ефимыч, префэкут дегажат, рыдя форцат ши ыл асигура кэ аратэ астэзь фоарте бине ши кэ, славэ домнулуй, тоате мерг спре ымбунэтэцире; дин тоате аче­стя се путя траӂе конклузия кэ сокоате ситуация приетенулуй фэрэ нич о ешире. Ну-й ынторсесе ынкэ датория де ла Варшовия ши дин кауза ачаста симця о адынкэ рушине, ера вешник ынкордат, се стэруя сэ рыдэ кыт май таре, сэ повестяскэ челе май карагиоасе лукрурь. Анекдотеле ши повестириле луй пэряу акум фэрэ сфыршит ши ерау кинуитоаре атыт пентру Андрей Ефимыч, кыт ши пентру повеститор.

Ын презенца луй, Андрей Ефимыч се кулка де обичей пе диван, ку фаца ла перете ши-л аскулта ку дикнций ынклештаць; пе суфлет и се ашеза ын стратурь ун фел де коклялэ, ши дупэ фиече визита а приетенулуй докторул симця кэ ачастэ коклялэ креште тот май мулт ши-л принде де берегатэ.

Ка сэ уйте де ачесте симцэминте мэрунте, докторул се грэбя сэ се гындяскэ ла фаптул кэ ши ел, ши Хобо­тов, ши Михаил Аверьяныч вор требуй сэ моарэ май девреме сау май тырзиу, фэрэ сэ ласе пич о ампрентэ ын натурэ. Де-ар фи сэ-ць ынкипуй кэ ва трече кындьа, песте милиоане де ань, вре-ун спирит пе лынгэ глобул пэмынтеск, ел ва ведя нумай лут ши стынчь гоале… Ва пери тот: ши култура, ши леӂиле моралитэций, ши нич брустурь ну вор креште ын локу-ле. Че ынсямнэ рушиня фацэ де дугенар, че ынсямнэ мэрунтул Хоботов орь приетения ку Михаил Аверьяныч? Тоате сынт мофтурь ши флякурь.

Дар куӂетэриле ачестя ну-л май ажутау. Абя ышь имаӂина ел пэмынтул песте ун милион де ань, кэ де дупэ о стынкэ гоалэ се арэта Хоботов ын чизме ыналте сау Михаил Аверьяныч рызынд форцат, ба кяр се аузя ши о шоаптэ женатэ: «Яр датория де ла Варшовил пуишоруле„ ам сэ ць-о ынторк зилеле ачестя… неапэрат».

XVI

Ынтр’о зи Михаил Аверьяныч се арэтэ дупэ амязэ, кынд Андрей Ефимыч стэтя кулкат пе диван. Аша се нимерисе ынтымпларя кэ ын ачелаш тимп се иви ши Хоботов, ку пикэтуриле луй де бром. Андрей Ефимыч се ридикэ ку греу ши се реземэ ын диван ку амындоуэ мыниле.

— О, штий, драгул меу,—ынчепу Михаил Аверья­ныч,—азь арэць ку мулт май бине декыт ерь! Кяр арэць минунат! Пе чинстя мя, минунат!

— Е время сэ те ындрепць, колега,—зисе Хоботов кэскынд.— Се веде кэ ши думнята те-ай сэтурат де мофтуриле астя.

— Ши о сэ не фачем сэнэтошь! — зисе войос Михаил Аверьяныч.—О сутэ де ань сэ май трэим! Аша е!

— Ей, о сутэ е кам мулт, дар пентру доуэзечь не цин баереле,—ыл линишти Хоботов.—Ну-й нимик, коле­га, ну плека насул… Кыт ай сэ май унӂь окий лумий!

— О, о сэ май арэтэм ной лумий де че сынтем капабиль! — иэбукни ын хохоте де рыс Михаил Аверьяныч ши ышь плесни приетенул песте ӂенункь. — О сэ ле арэтэм! Ва да домнул ши ла варэ о’нтиндем спре Кауказ сэ-л кутреерэм ын лунг ши ын лат кэларе. Хоп! Хоп! Хоп! Ши о сэ не ынтоарчем де ла Кауказ ши, ворба чея, ну се штие де унде саре епуриле, поате май жукэм ши ла нунтэ! — О сэ те ынсурэм, скумпе амиче… о сэ те ынсурэм…

Андрей Ефимыч симци де одатэ кэ ыл ажунӂе кокляла пынэ ла гыт ши-л принде де берегатэ; инима ынче­пу сэ-й батэ цебунеште.

— Че тривиал!— зисе ел, ридикынду-се бруск ши репеэинду-се спре ферястрэ. — Оаре ну ынцелеӂець кэ ворбиць тривиалитэць?

Вроя сэ континуе пе ун тон май скэзут ши май респектуос, дар ымпотрива проприей воинце стрынсе пумний ши-й ридикэ де асупра капулуй.

— Лэсаци-мэ ын паче! — стригэ ел ку глас ынстрэинат, ку фаца стакожие ши тремурынд дин тот трупул.— Афарэ! Ешиць афарэ амындой!

Михаил Аверьяныч ши Хоботов се ридикарэ амын­дой, привинду-л май ынтый улуиць, апой куприншь де спаймэ.

— Марш афарэ! — континуэ сэ стриӂе Андрей Ефи­мыч.— Оамень тымпиць! Оамень прошть! Ну-мь требуе нич приетения та, нич докторииле тале, ом тымпит! Тикэлошие! Мыршэвие!

Хоботов ши Михаил Аверьяныч кэутарэ недумериць унул ла челэлалт, се ретрасерэ спре ушэ ши еширэ недумериць ын тиндэ. Андрей Ефимыч апукэ стиклуца ку пикэтурь де бром ши о арункэ ын урма лор; стиклуца се фэку цэндэрь де праг.

— Кэраци-вэ ла драку! —стригэ ел ку глас плынгэрец, репезинду-се пе урма лор ын тиндэ. — Ла драку!

Дупэ плекаря оаспецилор, Андрей Ефимыч се лунӂи пе диван ши май репетэ мултэ време, тремурынд ка де фригурь:

— Оамень тымпиць, оамень прошть!

Кынд се май линишти, ый треку прин минте кэ сэрманул Михаил Аверьяныч требуе сэ се симтэ акум фоар­те рушинат ши ку о пятрэ пе суфлет ши кэ тоате лукруриле ачестя сынт гроазниче. Ынаинте ну се май ынтымпласе нимик асемэнэтор. Унде с’ау дус рациуня ши тактул? Унде е индиференца филозофикэ ши пэтрундеря ын мезул лукрурилор?

Докторул ну путу адорми тоатэ ноаптя де рушине ши чудэ, яр диминяца, пе ла ореле зече, се ындрептэ спре поштэ ка сэ-шь чарэ скузе де ла шефул ей.

— Сэ ну не май аминтим де челе трекуте,—зисе Михаил Аверьяныч мишкат, стрынгынду-й путерник мына ши офтынд.— Сэ и се скоатэ ун окь челуй че-шь ва аминти трекутул! Любавкин!—стригэ ел де одатэ, атыт де путерник, ынкыт тоць визитаторий ши пошташий тресэрирэ.— Адэ ун скаун. Яр ту май аштяптэ,—ый стригэ ел уней фемей, каре ынчерка сэ-й стрекоаре принтре гратий о скрисоаре рекомандатэ.— Орь ну везь кэ-с окупат? Сэ ну не аминтим де челе трекуте,— континуэ ел ку ӂингэшие, адресынду-се луй Андрей Ефимыч,— Те рог дин суфлет, драгул меу, ашазэ-те.

Ел тэку вре-о кытева клипе, нетезинду-шь ӂенункий, апой урмэ:

— Нич гынд н’ам авут сэ мэ супэр пе думнята. Боа­ла ну-й приетен омулуй, ынцелег ачест лукру. Акчесул де ерь не-а сперият ши пе мине ши пе доктор, ши мултэ време ам дискутат ку ел деспре думнята. Драгул меу, де че ну врей сэ те тратезь ын мод сериос? Се поа­те аша оаре? Сэ мэ ерць пентру синчеритатя приетеняскэ,— шопти Михаил Аверьяныч,— локуешть ын челе май проасте кондиций: ынгесуялэ, мурдэрие, ну те ынгрижеште нимень, н’ай мижлоаче сэ те тратезь… Дра­гул меу приетен, дин тоатэ инима те ругэм ымпреунэ ку докторул сэ не аскулць сфатул: ду-те ла спитал! Ши хранэ сэнэтоасэ, ши ынгрижире бунэ, ши тратамент. Евгений Фьодорыч, ку тоате кэ е моветон, ынтре ной фие ворба, ышь куноаште месерия, поць конта пе ел. Мь-а дат кувынт кэ се ва окупа де думнята.

Пе Андрей Ефимыч ыл мишкэ синчера бунэвоинцэ ши лакримиле каре стрэлучирэ де одатэ пе ображпй шефулуй поштелор.

— Стимабиле, ну-й креде!—шопти ел ку мына ла инимэ.— Ну-й креде! Е о ыншелэторие! Боала мя е кэ тимп де доуэзечь де ань н’ам гэсит ын тот орашул декыт ун сингур ом дештепт, ши ачела небун. Ну е нич ун фел де боалэ, ам нимерит пур ши симплу ынтр’ун черк вичиос, дин каре ну екзистэ скэпаре. Мь-е тот уна, сынт гата де орьче.

— Интернязэ-те ла спитал, драгул меу.

— Индиферент. Пот сэ мэ дук ши ла гроапэ.

— Дэ-мь кувынтул, пуишоруле, кэ ай сэ-л аскулць ынтру тотул пе Евгений Фьодорыч.

— Пофтим, ай кувынтул меу. Дар, стимабиле, репет: ам нимерит ынтр’ун черк вичиос. Тоате сынт ындрептате акум ынтр’о сингурэ дирекцие, кяр ши грижа синчерэ а приетенилор: сэ-мь скуртезе зилеле. Еу мор ши ам куражул сэ ынцелег ачест лукру!

— Пуюле, ай сэ те фачь сэнэтос.

— Ла че бун ворбеле ачестя?—зисе Андрей Ефи­мыч иритат.— Рар оамень сэ ну симтэ ла сфыршитул веций чея че симт еу. Кынд о сэ-ць спунэ чинева кэ ай, де-о ворбэ, риникий атакаць ши инима дилататэ ши ай сэ ынчепь сэ те тратезь; сау дакэ о сэ ци се спунэ кэ ешть небун орь криминал,— адикэ ынтр’ун кувынт, кынд оамений ау сэ-ць акорде пря мултэ атенцие, сэ штий атунч кэ ай нимерит ынтр’ун черк вичиос, дин каре ну май ай путинцэ де скэпаре. Ай сэ те стэруй сэ ешь динтр’ынсул ши ай сэ те ынкурчь ши май рэу. Требуе сэ те предай, пентру кэ нич ун фел де ефортурь оменешть ну вор фи ын старе сэ те май салвезе! Аша ми се паре мне.

Ынтре тимп ла гратииле гишеулуй се адунасе о мулциме де луме. Ка сэ ну деранжезе пе нимень, Ан­дрей Ефимыч се ридикэ сэ-шь я рэмас бун. Михаил Аверьяныч ыл май фэку о датэ сэ-шь дя кувынтул де оноаре ши-л кондусе пынэ ла ешире.

Ын ачеяш зи, пе ынсерате, се арэтэ пе неаштептате Хоботов, ымбрэкат ын скуртейкэ, ку чизмеле луй ыналте ши-й зисе луй Андрей Ефимыч пе ун тон лиништит, де паркэ ну с’ар фи петрекут нимик ын ажун:

— Ам венит ла думнята ку о ругэминте, колега. Вряу сэ те ынтреб: н’ай кеф сэ партичипь ла ун консили­ум, ай?

Крезынд кэ Хоботов вря сэ-л дистрезе ку о плимбаре сау сэ-й дя ынтр’адевэр о посибилитате де кыштиг, Андрей Ефимыч се ымбрэкэ ши еши ку дынсул ын страдэ. Ера букурос де оказия сэ апланезе конфликгул де ерь ши сэ се ымпаче, яр ын суфлет ый ера рекуноскэтор луй Хоботов, каре нич ну поменисе де ынтымпларя дин ажун, круцынду-л пробабил. Ера греу сэ аштепць де ла ун ом атыт де нечоплит асеменя деликатеце.

— Ши унде-й болнавул?—ынтребэ Андрей Ефимыч.

— Ла мине ла спитал. Вроям демулт сэ ци-л арэт… е ун каз фоарте интересант.

Ынтрарэ ын куртя спиталулуй ши, околинд корпул принчипал, се ыидрептарэ спре павилионул ку алиена­ций минталь. Тоате се петречяу, нештиут де че, ын тэчере. Кынд ынтрарэ ын павилион, Никита сэри ка де обичей ши луэ позиция де дрепць.

— Е унул аич ку ниште компликаций ла плэмынь,—

зисе ку жумэтате де глас Хоботов, ынтрынд ку Андрей Ефимыч.—Аштяптэ-мэ, те рог, вин ындатэ. Сэ яу стетоскопул.

Ши еши.

XVII

Се лэсасе амургул. Иван Дмитрич стэтя кулкат ын аштернутул сэу ку фаца афундатэ ын пернэ; паралитикул зэчя немишкат, плынӂя ынчет ши молфэя дин бузе. Цэранул обез ши фостул функционар де ла поштэ дормяу. Ера ляниште.

Андрей Ефимыч стэтя пе патул луй Иван Дмитрич ши аштепта. Дупэ вре-о жумэтате де орэ ынсэ, ынтрэ ын салон ну Хоботов, чи Никита, дукынд ын браце ун халат, ниште албитурь ши тырличь.

— Пофтим ымбрэкаци-вэ, ынэлцимя воастрэ, — зи­се ел ынчет.— Ятэ-вэ пэтукул, пофтиць ынкоаче,— адэугэ ел, арэтынд ун пат гол, пробабил адус аич ну демулт.— Ну-й нимик, а да домнул ши вэ-ць фаче сэнэтос.

Андрей Ефимыч ынцелесе тот. Фэрэ сэ спунэ ун ку­вынт, треку ла патул арэтат де Никита ши се ашезэ; вэзынд кэ Никита ыл аштяптэ, ел се дезбрэкэ гол ши симци кум ыл купринде ун вал де рушине. Апой ымбрэкэ хайнеле де ла спитал; индиспенсабилий ый ерау пря скурць, кэмаша пря лунгэ, яр халатул мирося а пеште афумат.

— О сэ вэ фачець сэнэтос, дакэ а да домнул,— репетэ Никита.

Луэ ын браце хайнеле луй Андрей Ефимыч, еши ши ынкуе уша.

«Тот уна…— се гынди Андрей Ефимыч, ынфэшурынду-се женат ын халат ши симцинд кэ ын ноул сэу костум сямэнэ ку ун децинут.— Тот уна… Че ми-й фракул, че ми-й туника орь халатул ачеста…»

Дар кум рэмыне ку часул? Дар карнецелул де нотице дин бузунарул де ла пепт? Дар цигэриле? Унде а дус Никита хайнеле? Се веде кэ пынэ ла моарте ну-й май есте дат сэ ымбраче панталоний, веста ши чизмеле. Тоате лукруриле ачестя пар кам чудате ши кяр неынцелесе ла ынчепутул лор. Андрей Ефимыч ера ынкрединцат ши акум кэ ынтре каса орэшенчей Белова ши салонул № 6 ну е нич о деосебире, кэч тоате пе лумя ачаста сынт мофтурь ши дешертэчуне а дешертэчунилор; тотуш ый тремурау мыниле, пичоареле и се фэкусерэ речь ка гяца ши ынлемня ла гындул кэ Иван Дмитрич се ва скула курынд ши ыл ва ведя ын халат. Се ридикэ, фэку кыцьва пашь прин камерэ ши се ашезэ яр.

А стат аша вре-о жумэтате де час, ун час, ши-л купринсе пликтисяла; ынтр’адевэр, оаре поць трэи аич о зи, о сэптэмынэ, кяр ань ынтреӂь, ку ачешть оамель? Ей, уйте-л май стэ пуцин, яр се плимбэ ши яр се ашазэ; поць сэ те апропий де ферястрэ, сэ те уйць ши яр сэ те плимбь динтр’ун колц ын алтул. Дар апой? Сэ стай аша тоатэ время ка ун добиток ши сэ те тот гындешть? Ну, лукрул ачеста е ку непутинцэ!

Андрей Ефимыч се ынтинсе ын аштернут, дар сэри ка арс, ышь штерсе ку мынека судоаря рече де пе фрунте ши симци кэ-й мироасе тоатэ фаца а пеште афумат. Яр май фэку кыцьва пашь прин одае.

— Е о неынцелеӂере…— рости ел, десфэкынд мы­ниле а мираре.— Требуе сэ ле експлик, е о неынцеле­ӂере!..

Ын время ачаста се трези Иван Дмитрич. Се ашезэ пе марӂиня патулуй ши-шь купринсе ображий ын пумнь. Скуйпэ, апой арункэ о привире ленешэ спре док­тор. Се ведя кэ дин прима клипэ ну ынцелесесе нимик; курынд ынсэ фаца луй сомнороасэ луэ о експресие батжокоритоаре ши ря.

— Аха, те-ау бэгат ши пе думнята аич, пуишоруле!—рости ел ку гласул рэгушит де сомн, мижинд ун окь. — Сынт фоарте феричит! Ай бэут думнята сынӂе дин оамень, акума вор бя алций дин думнята! Ексчелент!

— Е о неынцелеӂере… — рости Андрей Ефимыч, спериинду-се де кувинтеле луй Иван Дмитрич; стрынсе дин умерь ши репетэ:—о неынцелеӂере!

Иван Дмитрич скуйпэ яр ши се лунӂи ын пат.

— Блестематэ вяцэ! — бомбэни ел. — Ши май амар, май дурерос декыт тоате, е кэ вяца ачаста се терминэ ну ку рэсплатэ пентру суферинце ши ну ку о апотеозэ ка ла оперэ, чи ку моартя; ау сэ винэ санитарий сэ-л тырые пе морт де мынь ши де пичоаре ын беч. Брррр! Ей, ну фаче нимик… Ын скимб пе чея луме ва фи сэрбэтоаря ноастрэ!… Ам сэ мэ ынторк стафие де пе лу­мя чялалтэ, ка сэ баг спайма ын ачесте спуркэчунь. Ам сэ ле скот перь албь!

Се ынтоарсе Мойсейка ши, вэзынду-л пе доктор, ынтинсе мына.

— Дэ-мь о копейка!—зисе ел.

XVIII

Андрей Ефимыч се апропие де ферястрэ ши приви ын кымп. Се лэсасе ынтунерикул ши ла оризонт, ын партя дряптэ, рэсэря луна, рече ши стакоӂие. Ну департе де гардул спиталулуй, ла вре-о сутэ де стынжень, ну май мулт, се ведя о касэ албэ, ыналтэ, ымпрежмуитэ ку ун гард де пятрэ. Ера ынкисоаря.

— «Уйте-о, реалитатя!»—се гынди Андрей Ефимыч ши-л купринсе спайма.

Ерау ынгрозитоаре ши луна, ши ынкисоаря, ши куеле дин гард, ши пэлэлая ындрептатэ де ла фабрика де калчинат оасе. Ын спате се аузи ун офтат. Андрей Ефимыч се ынтурнэ ши вэзу ун ом ку стеле стрэлучитоаре ши ку ниште ордине ла пепт; омул ый зымбя ши-й фэчя виклян дин окь. Привелиштя ый пэру ынгрозитоаре.

Андрей Ефимыч ынчеркэ сэ се конвингэ кэ ну е нимик деосебит нич ын лунэ, нич ын ынкисоаре, кэ ши оамений нормаль психичеште поартэ ордине ши кэ тоа­те вор путрези ку время ши се вор префаче ын лут, дар ыл купринсе де одатэ диспераря, апукэ зэбрелеле ферестрей ку амындоуэ мыниле ши ле скутурэ дин рэспутерь. Зэбрелеле ерау путерниче ка сэ чедезе.

Апой, ка сэ ну-й май фие аша гроазэ, се апропие де патул луй Иван Дмитрич ши се ашезэ.

— М’ау пэрэсит путериле суфлетешть, драгул меу,— бомбэни ел, тремурынд ши штергынду-шь судоаря ре­че. — М’ау пэрэсит…

— Пэй, май фэ ницикэ филозофие,— зисе батжокоритор Иван Дмитрич.

— О, думнеэеуле, доамне… Да, да… Зичяй одатэ кэ ну екзистэ филозофие ын Русия, дар кэ филозофязэ тоць, кяр ши каракуда. Дар везь, де пе урма филозофией каракудей ну суферэ нимень,— зисе Андрей Ефимыч ку ун тон, де паркэ ар фи фост гата сэ плынгэ орь сэ ынмоае инима куйва. — Ла че бун, драгул меу, ачест рыс саркастик? Ши де че сэ ну филозофезе каракуда ачаста, дакэ е немулцэмитэ? Ун ом интелиӂент, култ, мындру, сетос де либертате, ун ом дупэ кипул ши асемэнаря домнулуй,

ну аре алтэ ешире декыт сэ лукрезе доктор ынтр’ун орэшел мурдар ши ынапоят ши сэ пунэ тоатэ вяца вентузе, липиторь ши компресе ку муштар! Ескрокерие, тымпение, нерушинаре! О, думнезеуле!

— Ворбешть простий. Дакэ ць-е скырбэ де докторие, те фэчяй май бине министру.

— Ну, ну-с бун де нимик. Сынт слаб, драгул меу… Дэдям довадэ де индиференцэ абсолутэ, жудекам лоӂик ши сэнэтос, дар а фост де ажунс сэ мэ ловяскэ о сингурэ датэ вяца, кэ м’ам пердут… ам кэзут ын прострацие… Сынт слаб, бошорог… Ши думнята ешть ла фел, драгул меу. Ешть дештепт, нобил, ай супт ку лаптеле мамей че­ле май фрумоасе аспираций, дар абя ай пэшит ын вяцэ, кэ ай остенит ши те-ай ымболнэвит… Слабь сынтем, слабь!

Ыл май кинуя пе Андрей Ефимыч, одатэ ку кэдеря серий, ши алтчева, инекспликабил, ын афара ачелуй симцэмынт де обидэ ши спаймэ. Ын сфыршит ышь дэду са­ма кэ вря сэ бя бере ши сэ фумезе.

— Ам сэ ес пе кытева клипе, драгул меу,—зисе ел.— Ам сэ чер ун фок… Ну май пот аша… Ну май сынт ын мэсурэ сэ рабд…

Андрей Ефимыч се ындрептэ спре ушэ ши о дескисе, дар ын ачеяш клипэ сэри Никита ши-й тэе друмул.

— Унде вэ дучець? Ну се поате, ну се поате! — зи­се ел. — Е время де сомн.

— Бине, дар ес нумай пе-о клипэ. Сэ мэ плимб прин курте! — се перду Андрей Ефимыч.

— Ну се поате, ну се поате! Ну е вое. Ши думнявоастрэ штиць.

Никита трынти уша ши се реземэ де еа ку спинаря.

— Бине, дар дакэ ес еу де-аич, о сэ се ынтымпле ку чинева чева? — ынтребэ Андрей Ефимыч ридикынд дин умерь. — Ну ынцелег! Никита, требуе сэ ес! — спусе ел ку глас тремурат. — Требуе!

— Ну фачець дезордине, ну е бине! — зисе Никита хотэрыт.

— Драку штие че май ынсямнэ ши аста! — стригэ де одатэ Иван Дмитрич ши сэри дин пат.—Че дрепт аре ел сэ ну те ласе? Кум ындрэзнеск ей сэ не ынкидэ аич? Леӂя скрие дестул де лимпеде, ми се паре, кэ нимень ну поате фи липсит де либертате фэрэ жудекатэ! Е о ынкэлкаре а леӂилор! Дебандадэ!

— Се ынцелеӂе, дебандадэ,— зисе Андрей Ефимыч

ынкуражат де стригэтул луй Иван Дмитрич. — Ам невое ши требуе сэ ес! Н’аре нич ун дрепт сэ ну мэ ласе! Ласэ-мэ, ць-ам спус!

— Аузь, добиток тымпит? — стригэ Иван Дмитрич ши лови ку пумний ын ушэ. — Дескиде кэ спарг уша! Кэлэуле!

— Дескиде! — стригэ Андрей Ефимыч, тремурынд дин тот трупул. — Ыць ордон!

— Май ворбеште! — рэспунсе де дупэ ушэ Никита. — Ворбеште!

— Ла урма урмей кямэ-л пе Евгений Фьодорыч! Спуне-й кэ л-ам ругат сэ пофтяскэ ынкоаче пе о клипэ!

— Аре сэ винэ сингур мыне.

— Н’ау сэ не дя друмул де аич нич одатэ! — континуэ ынтре тимп Иван Дмитрич. — Ау сэ не факэ сэ путрезим аич! О, думнезеуле, ынтр’адевэр сэ не фие ядул пе чялалтэ луме, ши сэ рэмынэ непедепсиць тикэлоший ачештя? Унде е дрептатя? Дескиде, тикэлосуле, мэ ыннэбуш! — стригэ ел ку глас сугрумат ши се изби ын ушэ. — Ам сэ-мь фэрым капул! Учигашилор!

Никита дескисе бруск уша, ыл изби гросолан пе Ан­дрей Ефимыч ку амындоуэ мыниле ши ку ӂенункюл, апой ышь луэ вынт ши-л лови ку пумнул ын фацэ. Луй Андрей Ефимыч и се пэру кэ л-а акоперит ун вал уриаш ши сэрат, че-л поартэ спре пат; ынтр’адевэр симци ын гурэ ун густ сэлчиу: пробабил ый курӂя сынӂе дин динць. Ел се изби де паркэ ар фи врут сэ ясэ ла супрафаца апей, репези мыниле ынаинте, се апукэ де патул куйва ши ын тимпул ачеста симци кэ Никита л-а ловит де доуэ орь ын спате.

Иван Дмитрич скоасе ши ел ун ципэт путерник. Про­бабил, ыл бэтя ши пе дынсул.

Апой се лэсэ лиништя. Лумина палидэ а луний пэтрундя прин гратииле ферестрелор ши аштерня пе поделе о умбрэ че семэна а пласэ. Ера ынфиорэтор. Андрей Ефи­мыч се кулкэ ку рэсуфларя тэятэ; аштепта ку гроазэ сэ фие ловит ынкэ о датэ. Се симця аша, де паркэ ар фи луат чинева о сечерэ, й-а ымплынтат-о ын пепт ши а рэсучит-о де кытева орь пынэ ла мэрунтае. Де дурере мушкэ перна, ынклештэ динций ши де одатэ, ын хаосул дин кап, ликэри клар ши неындурат гындул кэ ачеяш дурере ау требуит с’о ынчерче ань ла рынд, зи де зи, оамений ачештя, че пэряу акум, ын лумина луний, ниште умбре не­гре. Кум с’а путут ынтымпла аша, кэ ын декурс а май мулт де доуэзечь де ань сэ ну штие ел ши сэ ну вря сэ штие ачест лукру? Ну, ел ну штия дуреря, ну-шь путя имаӂина дуреря, аша кэ ну е виноват; дар конштиинца луй, ла фел де тэкутэ ши гросоланэ ка ши Никита, ыл фэчя сэ-л трякэ фиорь де гяцэ дин крештет пынэ ын кэлкые. Ел сэри, ынчеркэ сэ стриӂе дин рэспутерь ши сэ фугэ кыт май репеде ка сэ-л учидэ пе Никита, апой пе Хо­ботов, пе интендент ши пе фелчер, апой сэ се синучидэ, дар ну путу скоате дин пепт нич ун сунет; пичоареле рефузау сэ-л аскулте. Симця кэ се суфокэ, апукэ пепций халатулуй ши ай кэмэший, ый сфышие ши се прэбуши фэрэ куноштинцэ ын аштернут.

XIX

А доуа зи де диминяцэ ыл дуря капул, ый циуя ын урекь ши се симця влэгуит. Ну-л ынчерка нич о рушине сэ-шь адукэ аминте де слэбичуня дин ажун. Ерь дэдусе довадэ де лашитате, се ынгрозисе пынэ ши де лунэ ши ворбисе деспре симцэминте ши гындурь, пе каре ынаинте нич ну ле бэнуя. Де-о ворбэ, гындул деспре немулцэмиря каракудей че филозофязэ. Акум, ынсэ, ый ера тот уна.

Ну се атинсе де мынкаре, ну бэу нимик, зэчя немишкат ши тэчя.

«Мь-е тот уна,— гындя ел кынд и се пуняу ынтребэрь. — Н’ам сэ рэспунд… мь-е тот уна».

Дупэ амязэ л-а визитат Михаил Аверьяныч ши й-а адус ун пакет де чай ши ун фунт де мармеладэ. Дарюшка а стат лынгэ патул луй о орэ ынтрягэ, ку експресия уней тымпе тристець пе фацэ. Л-а визитат ши докторул Хоботов. А адус о стиклуцэ ку пикэтурь де бром ши й-а ордонат луй Никита сэ афуме ку чева салонул.

Ын амург Андрей Ефимыч а мурит де апоплексие. А симцит ла ынчепут фригурь ши гряцэ; чева скырбос ши несуферит ыл пэтрундя динспре стомак ын тот трупул пынэ ын деӂете ши’н кап ши-й аступа окий ши урекиле. Ын окь ый жукау пете верзь. Андрей Ефимыч ынцелесе кэ й-а венит сфыршитул ши ышь адусе аминте кэ Иван Дмитрич, Михаил Аверьяныч ши милиоане де алць оамень кред ын немурире. Екзистэ еа оаре? Дар ну симця невоя немуририй ши се гынди ла еа нумай о клипэ. О чатэ де чербь необишнуит де фрумошь ши грациошь тре­ку ын гоанэ пе лынгэ ел; ын ажун читисе деспре дынший; апой о фемее ый ынтиное мыла ку о скрисоаре рекомандатэ… Ый спусе чева Михаил Аверьяныч. Апой диспэру тоате ши Андрей Ефимыч кэзу пе вечь ын уйтаре.

Ау венит санитарий, л-ау луат де мынь ши де пичоаре ши л-ау дус ын капела спиталулуй. А рэмас аколо сэ закэ пе масэ ку окий дескишь ши ноаптя ыл лумина луна. Диминяцэ а венит Сергей Сергеич, с’а ынкинат смерит рэстигнирий ши а ынкис окий фостулуй шеф.

А фост ынмормынтат Андрей Ефимыч песте о зи. Ын урма сикриулуй пэшяу нумай Михаил Аверьяныч ши Дарюшка.

1892


Дупэ САЛОНУЛ № 6Антон Павлович ЧЕХОВ, Опере Алесе, Волумул 2, Едитура «Картя Молдовеняскэ», Кишинэу, 1975.
Традучере дин лимба русэ: Аурелиу Бусуйок. 

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *